– Прикол в том, что если бы я был на его месте, то давно бы уже послал себя.
– Я бы тебя трижды пристрелил, если бы можно было сделать это безнаказанно, – раздался сверху голос Йенса, и Макс аж дернулся, поднял голову со стола и посмотрел на мужчину.
– Так у вас полное взаимопонимание? – Доминика присела возле Олега и подвинула к нему кружку с кофе.
– А у вас нет? – осведомился Макс.
– У меня так только с Герой, когда дело касается этого молодого человека, – она провела ладонью по плечу Олега и поспешила запить свои слова кофе.
– А мне? – Макс снова поднял взгляд на Йенса, который не торопился садиться.
– Четыре, – Йенс сложил из пальцев пистолет и прижал к виску Макса. По телу Макса от точки соприкосновения пробежали мурашки. Единственным разом, когда Йенс касался его, было рукопожатие во вторник – помощь с манжетами не считается, – а теперь… это не рукопожатие. – Перед собой посмотри.
Было сложно пошевелиться, пока он держал «пистолет» у виска, но Макс просто скосил взгляд на стол и действительно заметил чашку с кофе. Только после этого Йенс убрал пальцы, Макс взял чашку в руки и, сделав пару глотков, посмотрел на Олега взглядом «вот о чем я говорил».
– Во сколько вы нас сегодня отпустите? – Жданов по очереди глянул на Доминику, потому на Йенса, который разрушил все его надежды.
– Макс сегодня полностью занят, – отрезал директор тоном, которому ни у кого не возникло желания перечить.
– Чем я занят? – все же поинтересовался Макс.
– Самым длинным рабочим днем в твоей жизни, – прозвучало угрожающе.
К сожалению, Йенс не шутил. После кофе он заставил Макса сесть на заднее сиденье черного мерседеса и сам залез с другой стороны. Обычно так начинается путешествие простушки в невероятный мир роскоши?
«Меня пристрелят и закопают в лесу», – вот о чем думал Макс, когда они проехали последний район многоэтажек. Не даром же Йенс приставлял к его виску пистолет, да, не настоящий, но для намека – самое то.
Однако до леса они не доехали, а свернули в узкие улочки, от чего Макс мысленно перекрестился.
– В прошлый раз ты уснул над материалами на два дня, так что сегодня будешь изучать все до потери пульса, я об этом позабочусь.
Они проехали автоматизированные ворота, и тут Макс подумал, что стоит предупредить тетю о том, что домой он сегодня, скорее всего, не вернется.
Машина остановилась на подъездной дорожке. Йенс первый открыл свою дверцу и вышел, Макс поспешил за ним. Перед ними стоял не то, что огромный, просто совершенно немаленький… особняк? Точно не хижина. Макс направился за Йенсом к главному входу, а внутри их встретила служанка, которой сразу поступил приказ о кофе и сэндвичах, но перед тем, как она ушла, Йенс скинул на нее их верхнюю одежду. Дальше они поднялись на второй этаж, поворот направо, и первая же дверь. Йенс пропустил Макса вперед и закрыл за ними. Это был кабинет, большой кабинет с книжными полками во всю стену и двумя огромными окнами от пола до потолка. Еще здесь стоял какой-то слишком антикварный диван и кресла, а между ними не менее древний кофейный столик, на который была сложена куча папок. Чуть поодаль был письменный стол, на котором стоял абсолютно не вписывающийся в сию атмосферу большой плоский монитор компьютера.
– Сегодня у тебя подготовка ко второй неделе, – Йенс прошел к дивану и, подхватив одну из папок, плюхнулся на него. – Не стой, иди сюда.
Было нелегко сдвинуться с места, но Макс это сделал. Он сел на другом конце дивана, Йенс все равно подвинулся к нему и вручил первую папку, но не спешил отпускать ее.
– Это мое личное дело, и ты ни в коем случае не должен ни с кем делиться этой информацией. Что бы ты там не прочитал. Это только между нами.
– Я не должен подписать соглашение? – задал вполне логичный вопрос Макс, на что в ответ получил не то совет, не то угрозу.
– Подпишешь через неделю вместе с контрактом, если доживешь. Надеюсь на твою благоразумность, – Йенс отпустил папку, полностью вверяя ее в руки Макса. – Также ты увидишь личное дело моей жены и сотрудников, которых я уже нанял. Папки сложены по мере важности информации, так что удачи и терпения, – он поднялся с дивана и поправив пиджак, сказал: – Скоро вернусь, – и покинул кабинет. Вот так просто оставил человека, которого знает меньше недели, вместе с досье на всю свою жизнь.
