— Бухла, кстати, принесли? А то у нас заканчивается уже!
— Все, допили уже, — сказал Астарот. — Давайте-давайте, поднялись и пошли. За гаражами добухаете.
— Не, ну я не понял! — один из гостей начал приподниматься. Но тут Астарот меня удивил. Не успел я подумать, что сейчас самое время двинуть одному из них в дычу, просто для профилактики, чтобы придать разговору серьезный оборот и вот эти все смешочки пресечь, он пропнул чувака в бок.
Вечер моментально перестал быть томным. Гости повскакивали со своих мест. Не очень быстро и уверенно, все-таки, они были уже изрядно так накиданные. Но им самим явно казалось, что они грозно восстали. Один даже сжал кулаки и встал в покачивающуюся боксерскую стойку. Полуголая девица заверещала и отползла в угол, старательно нашаривая вокруг предметы своего гардероба.
Короткая пауза с напряженным молчанием. Я собрался, отсекая, кто тут среди наших оппонентов самый опасный. И расслабился, поняв, что драки никакой не будет.
— Ну ты чо, ваще? — сказал мордатый и покачнулся. — Нормально же сидели…
Напряженный Астарот зло смотрел ему в глаза, сжав кулаки. Оппонент игру в гляделки не выдержал и отвернулся. Пошарил глазами по комнате.
— Бабайка моя где, слышь?
Остальные взялись медленно собираться.
— Я думал, ты нормальный пацан, — пробубнил один.
Я отошел в сторонку и облокотился на стену. Мордатый сфокусировал взгляд на мне.
— О, Вовчик, давно не виделись, — сказал он, натягивая кислотно блестящую олимпийку. — Чо такое с Саней? Может того, посидим, по старой памяти?
— Вали-вали, — хмыкнул я. — Не успел соскучиться.
— Смотри, как наши металлисты оборзели, а? — хихикнул самый мелкий из них. Но мордатый, видимо, оказался трезвее других прочих. Ткнул его кулаком в бок, и тот завял.
Бывшие альфачи из класса? Хм…
Девицы суетливо приводили в порядок одежду. Одна так просто сгребла все в кучу и первой протиснулась в выходу. Пискнув: «Извините!»
Тот, кого Астарот первым пропнул, взялся собирать бутылки в затертый пакет. Когда-то на нем была грудастая красотка в красном купальнике, сейчас это изображение можно было только угадать по красному пятну в центре.
Так жалко это все смотрелось, на самом деле.
Я перевел взгляд на Астарота. Тот все еще возвышался в центре композиции «суетливое отступление». И на лице его смешалось несколько эмоций — радость, облегчение и недоумение. Будто он с одной стороны рад, что все вот так просто получилось. С другой — он уже настроился на махач, а незваные гости сдулись, даже несмотря на то, что он первый начал.
Кстати, если оценить ТТХ этих «альфачей», то в принципе, даже странно, что они так легко отступили. Так-то не сказать, чтобы «ангелочки» как-то особо воинственно выглядят. Даже с учетом меня. Но с нетрезвых глаз можно было и не заметить, что Вова-Велиал как-то особенно изменился.
Исход был чуть дольше, чем хотелось бы. Но в конце концов гости убрались, забрав с собой бутылки и телок. Срач, тарелки с бычками и запах, к сожалению, оставили.
— Надо было сразу так сделать! — первым нарушил молчание Бельфегор, закрыв за последним из гостей дверь.
— Порядок надо навести, вот что, — деловито произнес Астарот. — А то Кристина вернется, по ушам всем надает.
Возражать насчет порядка никто не стал. Даже не заныл и не запросился домой.
Надя сморщила брезгливо носик, но первой принялась собирать с пола загаженную посуду. Бельфегор метнулся в туалет за ведром и тряпкой, Бегемот первым делом распахнул все окна.
— Шторы тоже надо в стирку!
— Фу, они с какой пальмы слезли? Ссать мимо унитаза, буэ…
— Осторожно, тут стекла! Стакан, похоже, разбили!
— Ой, а помните тогда, в «Фазенде»?…
— … и тут звонок по телефону. Родители из аэропорта позвонили. А у меня гулянка в самом разгаре!
— … это кого-то из них футболка!
— Ничего не знаю, теперь это половая тряпка!
— А хозмаг же закрыт уже? Тут раковина засорилась…
— Я домой за вантузом сбегаю, тут недалеко же!
Через час квартира блестела. Ну, насколько могла блестеть в такой ситуации. Запах курева вот так просто не выветривается, но теперь он уже не шибал в нос и не выдавливал слезы. Помытые тарелки водрузились на сушилку над раковиной, мусор перевочевал на помойку. Прокуренные шторы лежали кучей в ванне, а через распахнутые окна врывался свежий вечерний воздух, птичий щебет и шум редких проезжающих машин.
— Все это весело, конечно, но я бы не расслаблялся, — сказал Бегемот, плюхнувшись на жалобно скрипнувший диван. — Валеру ты нормально так пропнул, он протрезвеет и… Ну, всякое может быть.
— Да, точно, — закивал Бельфегор. — Саня, ты один пока что не ходи, ладно? А то…
— А то что? — строптиво набычился Астарот.
— Да ничего, блин! — всплеснул руками Бельфегор. — Подловят и отмудохают. Как тогда, в десятом классе.
— Кишка тонка, — неуверенно сказал Астарот. И посмотрел на меня.
