– Сожалею, что вы не назвали этого факта, – ответил Квемот. – Видите ли, прежние специалисты обычно не держали помощников. Но Дельмар ревностно относился к своим обязанностям. Он считал, что должен готовить себе смену: наступит время подать в отставку, или на случай… случай смерти. – Солярианин тяжело вздохнул. – Странно, что я пережил его. Он был значительно моложе. Я часто играл в шахматы с ним… И, увы, я всегда проигрывал…
– Как вы умудрялись делать это?
Брови Квемота удивленно поднялись.
– Обычным способом.
– Вы виделись по-настоящему?
На лице социолога выразилось отвращение.
– Что за мысль! Даже если бы я смог перенести встречу, Дельмар бы ни на минуту не допустил такого нарушения обычаев. Он крайне щепетилен в соблюдении всех традиций.
– Но тогда как же происходила игра?
Квемот пожал плечами и начал снисходительным тоном:
– Опять позабыл, что вы – землянин. Около каждого из нас стояла шахматная доска. На моей доске фиксировались его ходы, а на его, естественно, мои. Все очень просто, как видите.
– Вы знакомы с госпожой Дельмар?
– Немного.
– Как вы полагаете, способна ли она была убить своего мужа?
– Специально я не думал об этом. Но здесь едва ли могут быть сомнения. Никто другой не мог находиться вблизи Рикэна. Ни при каких обстоятельствах он не допустил бы никого к себе. Он был крайне, крайне щепетилен в этом вопросе. Пожалуй, «щепетилен» не совсем подходящее слово. Просто он выполнял все обычаи Солярии весьма пунктуально. Да, покойный Дельмар был достойным солярианином.
– Как вы полагаете, могли ли существовать политические мотивы для убийства Дельмара?
– Что?
– Я слышал, что его называли традиционалистом.
– Да, но мы все таковы.
– Вы совершенно уверены в этом?
– Возможно, – медленно ответил Квемот, – некоторые люди считают опасным слишком придерживаться старых обычаев. Они полагают, что мы со свои маленьким населением в какой-то момент можем оказаться беспомощными перед вторжением на нашу планету обитателей других миров. Но все это чепуха. В действительности таких людей мало, и вряд ли они пользуются влиянием.
– Почему вы думаете, что подобные мысли – чепуха? Может ли что-нибудь компенсировать малую численность населения?.. Разве только какой-нибудь новый грозный тип оружия?..
– А мы и обладаем таким оружием. Оно производится у нас непрерывно, и противостоять ему совершенно невозможно.
Глаза Бейли сузились.
– Вы не шутите?
– Нисколько.
– И что же это за оружие?
– Дело в том, что в настоящее время оно вовсе не используется в военном плане, оно никого не убивает и никому не причиняет вреда, но противостоять ему, повторяю, невозможно.
Бейли почувствовал раздражение.
– Что же все-таки вы имеете в виду? – спросил он.
– Позитронный робот, – самодовольно ответил Квемот.
Бейли похолодел. Позитронный робот был символом превосходства спейсеров над землянами, символом их могущества. Бейли постарался, чтобы его голос не выдал охватившего его волнения.
– Но, сэр, это скорее экономическое оружие, не так ли?
– То, что вы говорите, очевидно, но это еще не все. – Голос Квемота звучал равнодушно. – Есть нечто более важное.
– Что именно?
– Благодаря роботам жизнь на Солярии стала образцом, к которому должны стремиться другие миры. А кроме того… – Квемот внезапно умолк, явно не желая развивать эту тему.
– Возможно, – сухо заметил Бейли, – но пока что на вашей Солярии убили одного человека и совершено покушение на жизнь другого.
Старый солярианин опустил голову и сухо промолвил:
– Я ответил, как мог, на ваши вопросы. Вы еще что-нибудь хотите узнать?
– Нет, спасибо. Пока вопросов у меня больше нет. Можно воспользоваться вашим телеэкраном?
– Конечно. Мои роботы в вашем распоряжении. А сейчас я покину вас. Прекратить контакты, – скомандовал он и исчез.
Но более чем через тридцать секунд перед Бейли возник один из роботов. Снова Бейли удивился точности, с которой управлялись эти создания. Возможно, был дан общий сигнал: «Выполнять свои обязанности», – возможно, роботы постоянно прислушивались к тому, что происходило у людей, и поэтому в любую минуту знали их возможные приказания.
Робот заговорил с обычной ровной почтительностью машины:
– Я прибыл, чтобы помочь вам, господин.
– Мне нужно соединиться с тем местом, где работал Дельмар. Ты сможешь сделать это?
– Да, господин.
Бейли передернул плечами. Пора бы ему привыкнуть и не задавать нелепые вопросы. Роботы могли сделать все.
– Соедини меня с ассистентом правителя Дельмара. Если его нет на месте, найди его, где бы он ни находился.
Робот повернулся, чтобы выполнить приказание, но Бейли задержал его.
– Стой! – крикнул он. – Скажи, что его вызывают по делу государственной важности. Да, и пусть мне принесут что-нибудь поесть. К примеру, сандвич и стакан молока.
Задумчиво жуя сандвич, Бейли подумал о том, что Дэниел Оливо, несомненно, подозрительно отнесся к каждому кусочку подаваемой ему еды. Возможно, Дэниел прав.
