Дорога обратно заняла больше времени, чем он рассчитывал. Все-таки ушел он довольно далеко. Наконец, он пришел куда хотел. Он стоял рядом со стеклянным монолитом — дом, в котором располагается магазин Ани и бабушки. Но он шел не к ним.
Араки правильно предположил, что дом по большей части не жилой. Это был крупный бизнес центр, большинство офисов в котором держала Ассоциация Труда — компания, отвечающая в первую очередь за трудоустройство граждан. Именно они направляют выпускников на вакантные места в разные фирмы, заводы и предприятия. К этому можно добавить аналитику и прогнозирование количества требуемых рабочих мест в той или иной сфере, поддержание баланса трудовой деятельности в городе и Районе, бумажную волокиту с оформлением работников, и еще много менее значимых функций. Благодаря работе этой Ассоциации безработица в развитых Районах крайне мала, и в том числе благодаря этому, наблюдается стабильный экономический рост.
Стоило ожидать, что деятельность такой важной компании будет охраняться. Он обошел здание. На другой его стороне располагался парадный вход с автоматическими стеклянными раздвижными дверями, а чуть поодаль от него стоял менее приметный служебный вход. Именно к нему и направился Себастьян. Когда-то давно ему немало пришлось отвалить Виктору за взлом кодового замка этой двери, и сейчас он боялся, что с того времени код сменили, но на его удивление и облегчение дверь без каких-либо проблем отворилась. Он осторожно прошел внутрь, умело отключил сигнализацию и продолжил путь, избегая датчиков движения и зоркого взгляда камер. Это для него было вовсе не сложно — его с детства обучали подобным вещам, а вот подняться на семидесятый этаж без лифта было настоящим испытанием. Каждые десять этажей он с опасением поглядывал на время, боясь опоздать, а когда, наконец, достиг своей цели, настолько запыхался, что потребовалось пятнадцать минут, чтобы просто перевести дух. Последним препятствием оказался обычный металлический люк с массивным механическим замком, с которым не пришлось долго возиться.
И вот он на крыше. На обычной плоской крыше снега намело по колено, что сильно осложняло передвижение по ней. Он дошел до небольшого выступа почти у самого края крыши и сел на него, стряхнув снег. «Я вовремя». Заря только занялась. Они поднялись сюда вдвоем впервые почти сразу после переезда в квартиру. Она долго его уговаривала и в результате вынудила подняться сюда, он отпирался до последнего, не понимая смысла тратить столько сил. Ради чего? Хотя они были еще совсем детьми, пробраться сюда точно так же, как и сейчас, особого труда для них не составило. Это было летнее утро. На ней было легкое белое платье свободного кроя. Юбка колыхалась от малейшего ветерка, а сама она восторженно носилась по крыше, то и дело вскрикивая: «Ну ты посмотри красота какая! Ну посмотри-посмотри!». Он не понимал ее восторга. Ну крыши домов. Ну небо. Ну что он тут не видел? Почему он должен так этим восхищаться? Он, вообще, тогда мало понимал людскую тягу к прекрасному. Зачем нужно искусство? Почему она постоянно расставляет по дому цветы и так напрягается, выбирая между разным узором постельного белья? Разве не все равно, какого цвета обои в квартире и есть ли они, вообще? С его точки зрения, дом имел лишь практическую значимость. Дом — это место, где ты можешь поспать в тепле, принять душ и приготовить еду. И совсем не обязательно его украшать. А красота тогда для него была не более чем соответствием определенным стандартам, которые обусловлены непременно той же практичностью. Она же совсем по-другому смотрела на это. Она везде искала красоту, она создавала ее, она ей восхищалась. Он не мог ее понять, но ему нравилось видеть, как она радуется после покупки очередных занавесок.
