Патронус растаял в воздухе. Рон, издав звук, похожий сразу и на подвывание, и на стон, плюхнулся на софу. Делия решительно взяла его за руку.
— С ними все хорошо, все хорошо! — зашептала она, и Рональд, нервно усмехнувшись, откинулся на спинку дивана, не решаясь прикасаться к Блэк в присутствии друга. Делия выдавила из себя улыбку, но она больше походила на оскал. Боль достигла высшей точки, Метку жгло так сильно. До нее словно из тумана донеслись слова Поттера:
— Пора спать. Завтра все обсудим, — и, понизив голос до тревожного шепота, прибавил: — Делия, иди на кровать, а мы с Роном на полу.
Сил, что бы спорить, у нее совсем не было. Коротко кивнув, она пересекла комнату и, не раздеваясь, повалилась на мягкий матрас. Крепче стиснула зубы, изо всех сил стараясь не думать о боли. Руки сжались на покрывале и рванули так, что ткань захрустела. Следующие несколько минут она вслушивалась в активную дисскусию о том, кто из мальчиков будет спать на диване, а кто на полу. А потом она успокоилась. Прикрыла глаза, даже и не почувствовав, что Гарри лег рядом с ней. Рон проворчал что–то невнятное и шлепнулся на диван, закидывая одну ногу на другую. А затем все трое отключились, сморенные беспокойным сном.
***
Ночь принесла с собой дождь, бьющий в окно. Последний месяц лета вступал в свои права – и даже магия не в состоянии была изменить этого.
— Нет! — крик разорвал тишину. Трясущееся тело подкинулось на постели. Волосы падают на лицо, а ледяные руки, стиснутые в кулаки, жмутся к груди. Сердце заходится, заставляя давиться каждым сбитым вдохом.
Воздуха в комнате нет. Взгляд мечется в темноте, слезы текут, будто сами по себе.
Делия вскочила с кровати, краем глаза заметив, что половина постели рядом с ней смята. Простыня слетела к ногам и сползла бесформенной кучей на пол. Дрожь. Она будто воплотилась в каждой клетке ее напряженного тела. Идти, бежать. Движение вперед. Почти ничего не видя. В мозгу стучат два слова, криком.
«Авада Кедавра!»
Зеленая вспышка ослепляла в липкой темноте. И на секунду в голове снова родились каменные стены. Бледное лицо Темного Лорда в сознании.
Блэк налетела на дверь в ванную комнату, ударившись о дерево всем телом. Руки лихорадочно шарили по поверхности, натыкаясь на узорную раму. Рваные вздохи заставляли тело сжиматься. Наконец–то пальцы ухватились за ручку, рванули на себя. Трясущимися руками заперев дверь на задвижку, она стиснула разрываемую мучительной болью руку, упала на пол. На мгновение ее заставил зажмуриться свет, ударивший в глаза. Сон и явь смешались в такой тугой ком, что различить их стало просто невозможно. И девушка метнулась вперед, почти не контролируя своего тела, оглушенная набатом, ревущем в голове и ослепленная изумрудной вспышкой перед глазами. Последовал новый взрыв боли, и Слизеринка почувствовала, как бешеная ярость – чужая – овладевает ее душой, и увидела знакомую комнату, освещаемую только горящим камином, огромного светловолосого Пожирателя Смерти, визжащего и извивающегося на полу, и возвышающегося над ним человека более изящного сложения. Человек этот выставил перед собой палочку, заговорил высоким, холодным, безжалостным голосом:
— Подробнее, Роули, или ты хочешь, чтобы мы скормили тебя Нагайне? Лорд Волан–де–Морт не уверен, что готов простить и на этот раз. Ты вызвал меня сюда лишь для того, чтобы сказать, что Гарри Поттеру снова удалось улизнуть? Драко, дай–ка Роули еще раз вкусить нашего неудовольствия. Ну, же, или ты сам узнаешь, каков я в гневе!
Малфой с ужасом взглянул на своего Повелителя. А Темный Лорд между тем продолжил, обращаясь к Люциусу, что стоял рядом с сыном:
— Дорогой Люциус, — на свой манер растянул Он слова. — Я спрашиваю тебя в сотый раз, где сейчас Сириус Блэк?
— М–Мой Лорд, — еле слышно пролепетал Малфой–старший, вздрогнув. — Пожиратели засекли его, но…
— Не схватили, — усмехаясь, догадался Том. — Интересно, почему?
— Милорд…
— Я хочу знать, почему Блэк до сих пор жив? — выкрикнул он, и после того, как его безгубый рот закрылся, раздалось громкое шипение. Возле ног Волан–де–Морта проползла Нагайна.
Приспешники молчали в ожидании неминуемой волны гнева от своего Хозяина.
— Найти Блэка и привести его сюда! — зарычал Темный Лорд, резко оборачиваясь, заставляя своих слуг сделать непроизвольный шаг назад. Красные глаза Реддла, не мигая, уставились на Малфоя–старшего. — Это твой последний шанс, Люциус. Иначе поплатишься жизнью.
И, направив волшебную палочку на Роули, что лежал на полу, сотрясаясь в нервных конвульсиях, Том Реддл произнес непростительное заклятие:
— Авада Кедавра!
Светловолосый Пожиратель замер, а глаза его застелила белая пелена.
