А-бомба. От Сталина до Путина полностью

– Никаких инструкций, как проводить операции с плутонием, не было и не могло быть, так как все делалось впервые. Поэтому установили, что любая операция с плутонием выполняется после детального обсуждения. Круг лиц, привлекаемых к такого рода «дискуссиям», был весьма ограничен. Все работавшие в цехе с плутонием, включая начальников лабораторий и отделений, должны были сообщать о результатах проводимых ими экспериментов только Бочвару и Займовскому, которые и определяли, кому еще нужно с ними ознакомиться.

– И даже начальство ничего не знало?

– Очень узкий круг людей – те, кому это было необходимо. Однажды к нам пришли ответственные работники ПГУ из Москвы, те, кому подчинялся комбинат. Они попросили Займовского показать им цех. Он извинился, сказал, что ему нужно разрешение на разговор с ними директора комбината. Музруков разрешил показать им только нережимные помещения цеха и ничего не рассказывать о технологии.

– Это касалось всех, не только гостей из Москвы?

– Конечно. Однажды в кабинете начальника цеха шло обсуждение какого-то процесса, точно уже не помню. Неожиданно в кабинет вошел директор завода «В» Захар Петрович Лысенко. Музруков спрашивает: «Тебе что здесь надо?», и директор сразу же вышел…

– Вы считаете, что такая секретность была оправдана?

– Она, конечно же, мешала делу… Но с другой стороны, мне кажется, в тот период она была нужна: любая информация о создании ядерного оружия в СССР имела стратегическое значение, да и нельзя было показывать, что мы «блуждаем в потемках»… К примеру, несмотря на все планы и отчаянные усилия, которые предпринимали ученые, инженеры и конструкторы, литейные печи и другое оборудование еще не были освоены, монтаж индукционной вакуумной печи не был закончен, технология изготовления тиглей из оксида магния была несовершенной: на донной утолщенной части тиглей при спекании появлялись трещины… Это я говорю только о тех работах, к которым имел отношение! А в целом по производству плутония и особенно на соседних заводах «А» и «Б» своих проблем было с избытком. Но тем не менее мы обязаны были изготовлять конструкции и детали первой атомной бомбы!

– Но прежде шли исследования?

– Постепенно изучали свойства плутония. Велись широкие лабораторные исследования, после каждой плавки корректировали температурно-временные режимы и приемы работы. Каждый слиток плутония – весом до 150 граммов – не только изучался, но и в обязательном порядке использовался для изготовления первых деталей бомбы.

Строка истории: