Однажды он подарил друзьям очередной афоризм, который запомнился на многие годы, да и сегодня он украшает одну из стен Лаборатории имени Г. Н. Флерова в Дубне. Значит, даже спустя полвека афоризм не потерял своей актуальности. А звучит он так: «Объяснять важному начальству научную проблему надо не правильно, а так, как ему будет понятно. Это ложь во благо».
Летом 1948 года лгать уже не требовалось: Сталин и Берия знали, что финиш близок, а потому они более жестко, чем раньше, решили руководить наукой и учеными. Они прекрасно понимали, что в этой среде «ложь во благо» недопустима, так как каждая неточность или погрешность обязательно будет замечена. Вот почему документы этого времени поражают историка своей лаконичностью, четкостью и конкретикой.
Для примера возьмем фрагменты из постановления СМ СССР № 1990–774сс/оп «О дополнительных заданиях по плану специальных научно-исследовательских работ на 1948 год». Документ принят 10 июня 1948 года, подписан И. В. Сталиным. В нем речь идет о форсировании работ по созданию атомной бомбы. Естественно, слов «атом» и «бомба» в документе нет, их заменяют понятия «РДС-1», «РДС-2», «РДС-3» и так далее. То есть речь идет уже не об одной бомбе, а о серии образцов ядерного оружия.
«Обязать перечисленных ниже директоров и научных работников институтов АН СССР выполнить следующие специальные научные работы в области физики:
1. Обязать Лабораторию № 2 (тт. Харитона и Зельдовича) произвести расчеты „ПО“ конструкций РДС-1, РДС-2, РДС-3, РДС-4, РДС-5 с различными вариантами уравнения состояния в следующие сроки…»
К 1 октября 1948 года нужно было завершить расчеты по первым трем «изделиям», а к 1 января 1949 года – по остальным.
«ПО» – это расчеты по обжатию центральной части заряда. То есть необходимо было решить самую принципиальную часть создания бомбы. А это уже Большая физика.
Впрочем, творцы документа это учитывают, а потому в помощь конструкторам бомбы привлекаются крупнейшие ученые страны. Пройдет совсем немного времени, и именно эти имена будут составлять гордость науки Отечества.
«2. Обязать Институт физических проблем АН СССР (тт. Александрова и Ландау) произвести вычисление КПД для различных систем РДС по данным, получаемым от Лаборатории № 2 АН СССР…»
В начале 60-х годов ХХ века будет много споров об участии академика Л. Д. Ландау в Атомном проекте СССР. Почему-то некоторые чиновники и коллеги великого физика посчитают «неприличным» то, что он создавал атомную бомбу. Позиция эта неверна по самой сути, так как не было в мире крупного физика, который в той или иной мере, у нас или в Америке, не работал бы над ядерным оружием. Время было такое, и судить о нем с позиций сегодняшнего дня неверно, ибо прошлое следует не осуждать, а понимать, что позволяет избегать подобных ошибок в будущем. Если, конечно, размышлять о прошлом, а не ставить на нем клеймо.
Лев Давидович Ландау был одним из самых активных участников Атомного проекта СССР. Такова реальность.
Кстати, в том же постановлении имя Ландау упоминается несколько раз:
«8. Для увязки теоретических и расчетных работ и контроля за выполнением заданий, предусмотренных настоящим постановлением, организовать при Лаборатории № 2 АН СССР закрытый семинар в составе:
1. Академик Ландау
2. Академик Петровский
3. Академик Соболев
4. Академик Фок
5. Чл. – корр. Зельдович
6. Чл. – корр. Тамм
7. Чл. – корр. Тихонов
8. Чл. – корр. Харитон
9. Профессор, доктор Щелкин
Возложить руководство семинаром на академика Соболева С. Л.».
Эти ученые соединяли в единое целое две отрасли науки: физику и математику. Отныне в стране создается мощный математический центр, концентрируется он в Академии наук, куда направляются талантливые специалисты из разных ведомств, даже из вооруженных сил. В постановлении отмечается:
«9. В целях обеспечения теоретических и расчетных работ, выполняемых для Лаборатории № 2 АН СССР, провести следующие мероприятия:
