Кстати, в это время «главным секретом» (если можно так выразиться!) была не конструкция атомной бомбы, а их количество. Американцы уже поняли, что советская разведка сработала прекрасно и все аспекты создания оружия известны. Они начали постепенно ликвидировать нашу агентурную сеть, одновременно требуя от своих агентов в СССР подробностей о ядерном комплексе. Но информации в США явно не хватало. Ведомство Берии действовало четко и надежно, а потому о ядерном арсенале американцы ничего не знали. А узнав, удивились бы очень сильно!
Дело в том, что к февралю 1950 года у нас атомных бомб не было! Об этом свидетельствует постановление Совета министров СССР № 575–221сс/оп от 14 февраля 1950 года. В нем, в частности, говорится:
«1. Обязать Первое главное управление при Совете министров СССР (т. Ванников) и КБ-11 (т. Зернов) изготовить, укомплектовать и заложить на хранение в разобранном виде в 1950 г.
I кв. (к 10 марта) –
II кв. (к 25 апреля и 15 июня) –
III кв. (к 1 августа и 26 сентября) –
IV кв. (к 15 ноября и 20 декабря) –
Все цифры вписаны от руки, документ выполнен в единственном экземпляре. Полностью его читали только Сталин, Берия и руководители Первого главного управления. Остальные участники «заказа № 104» (теперь таков был шифр серийного производства А-бомб) знакомились только с теми параграфами постановления, которые к ним имели прямое отношение.
В этот же день Сталин подписывает еще несколько постановлений, имеющих отношение к серийному производству оружия и его хранения.
Одно из них касается производства теллура-120 (еще одно условное название плутония-239) на комбинате № 817. Пока речь идет о граммах плутония! В первом квартале 1950 года гигантский комбинат на Урале должен произвести 9800 граммов, в четвертом – 20 260 граммов, а всего за год – 52 000 граммов. График выпуска изделий предусматривал выпуск одного экземпляра в месяц.
Это было ничтожно мало, потому что в Америке уже производились в месяц десятки атомных бомб! Это было столь грандиозное превосходство, что у руководства СССР не было сомнений: американцы обязательно им воспользуются. Вот почему борьба за мир приобретала особое значение, в то время это было единственное оружие, которое мы могли противопоставить в «холодной войне». А она уже разворачивалась по всем направлениям…
Сталина интересует буквально каждый грамм плутония, который получен на комбинате № 817. Более того, он хочет знать, сколько плутония выдает каждый завод, который работает там. Поэтому постановление СМ СССР № 584–229сс/оп весьма конкретно. В частности, обращаясь к Ванникову и Курчатову, Сталин приказывает:
«1. Разрешить Первому главному управлению при Совете министров СССР:
а) установить норму концентрации
2. Поручить Первому главному управлению при Совете министров СССР (тт. Ванникову и Курчатову) провести в течение 1950 г. научно-исследовательские работы по обеспечению возможности поднятия концентрации
Напоминаю: теллур-120 – это плутоний, свинец – уран-238, а агрегаты «А» и «АВ» – ядерные реакторы для наработки плутония.
В тот же день – 14 февраля – Сталин подписал постановление о строительстве первого серийного завода № 551 по производству ядерного оружия. В декабре 1951 года завод выдал первую серийную продукция. Это были бомбы РДС-1 – аналогичные той, что прошла испытания в августе 1949-го. Еще одно постановление касалось строительства железнодорожной ветки от Арзамаса-16 на «Большую землю». Она потребовалась для транспортировки атомных боеприпасов.
Однако самым важным документом, который появился 14 февраля 1950 года, было постановление СМ СССР, посвященное планам работы КБ-11. В нем впервые шла речь о создании «своей» бомбы:
