Классическая тактика «гладкоствольного» периода считала главным элементом штыковую атаку. Атакующий стремился сблизится с противником в плотных шеренгах, обеспечивающих победу в рукопашной. Его задачей было максимально быстро пройти зону ружейного огня, не смешав при этом боевого порядка. Идущий в атаку полк строился в две-три шеренги, выслав вперед редкую стрелковую цепь для разведки и охранения, а следующие за ним части оставались в колоннах, развертываясь по мере надобности. Обороняющийся, в свою очередь, стремился расстроить ряды атакующих ружейным огнем до того, как дело дойдет до штыкового боя. Подобная тактика работала при эффективной дальности стрельбы порядка 150 метров и скорострельности 2 выстрела в минуту.
Все изменилось с массовым применением нарезного оружия, пришедшего на смену гладкоствольному. Прицельная дальность винтовок составляла 400 метров и более, а убойная доходила до двух километров. Скачок дальности ружейного огня, вызванный переходом на нарезное оружие, обеспечивает превосходство обороны над атакой и самым решительным образом меняет тактику войск. Наступление в плотных построениях под четвертьчасовым градом свинца стало самоубийственным. Плотные шеренги и колонны стали теперь представлять собой прекрасные мишени и было вполне возможным отразить атаку одним ружейным огнем, не доводя ее до рукопашной. Преимущество обороняющихся состояло в том, что они могли располагать своих стрелков в укрытиях, как имеющихся (дорожные выемки, насыпи, стены) так и специально построенных (траншеях). Армии Америки широко применяли самоокапывание, успевая за одну ночь построить вполне законченную оборонительную позицию с окопами в рост человека. Нашли себе применение колючая проволока, противопехотные мины и магазинные винтовки, появились снайперы с оптическими прицелами, выбивающие вражеских командиров. На все эти новшества атакующие ответили превращением шеренг в цепи, наступающие перекатами, но этого было недостаточно для прорыва обороны. Лобовые атаки на сколько-нибудь подготовленную оборону неизменно отбиваются с тяжелыми потерями и обе стороны стремятся обходными маневрами заставить противник выйти из укреплений и принять маневренный бой в поле.
Артиллерия в Гражданскую войну играла меньшую роль, чем до и после нее. Это объясняется тем, что она переживала переходный период и условиями местности, в которой проходили сражения. Дальность картечного огня оказалась много меньше прицельной дальности новых винтовок, что сделало артиллеристов потенциальной добычей вражеских стрелков. Новые нарезные пушки обладали большой дальнобойностью, но реализовать ее мешало отсутствие прицелов и конструктивные недостатки снарядов. Снаряды того времени снаряжались слабым взрывчатым веществом — порохом и не имели ударных взрывателей. При стрельбе основным «противопехотным» средством — картечью — нарезные пушки были мало эффективны. Дополнительным обстоятельством, осложнявшим использование артиллерии, был закрытый характер местности в районе основных сражений.
Уроки гражданской войны в США были многочисленны и понятны. Фактически это уже война новейшего времени. При внимательном рассмотрении ее можно увидеть многие элементы будущих мировых войн. Прежде всего, это тотальность ведения войны со стороны Севера. В отличие от предшествующих межгосударственных войн Север не рассматривает Юг как послевоенного соседа и партнера, южная цивилизация подлежит уничтожению. Неспособный победить южан в генеральном сражении, Север сосредоточивает свои усилия на разрушении экономической системы Конфедерации. Это достигается им удушающей блокадой и методическим захватом территории, опирающимися на огромное превосходство в силах. Поход Шермана, обладавшего трехкратным превосходством, направлен прежде всего против транспорта и промышленности южан, а не против их армии. Последняя просуществовала до самого конца, но разрушенная страна не могла больше снабжать ее. Ранее к подобным методам прибегали только в колониальных войнах, но теперь такое стало дозволено и по отношению к «белому человеку».
В оперативной области эта война является первой, где широко применяются железные дороги. За них идет борьба между противоборствующими армиями, и их пропускная способность определяет численность последних, образуя, таким образом, «рисунок» войны. Переброски по железной дороге корпуса Лонгстрита с Востока на Запад и обратно являются первым случаем подобного маневра в истории. Одновременно обнаруживается и уязвимость рельсовых магистралей, легко выводящихся из строя или блокирующихся.
