А вот Спрюэнс приказал начать воздушную атаку с предельно дальнего расстояния — как только установил местоположение противника. Правда, американский удар был скоординирован не лучшим образом. Самолеты-торпедоносцы, медлительные и уязвимые, первыми вступили в соприкосновение с неприятелем и погибли почти все — но зато отвлекли на себя внимание большей части японских истребителей, позволив пикирующим бомбардировщикам обрушиться на корабли Нагумо. Прямые попадания бомб буквально уничтожили японское соединение. Авианосцы «Акаги», «Kara» и «Сорю» оказались выведенными из строя, их палубная авиация погибла, не успев взлететь. Взрывы топливных цистерн вызвали столь страшные пожары, что мало кому из команд удалось спастись[284].
Однако «Хирю», четвертый авианосец Нагумо, не только уцелел, но и оказался способным огрызнуться: поднятые с него самолеты нанесли по «Йорктауну», флагманскому кораблю контр-адмирала Флетчера, такой удар, что командующему пришлось перейти на другой корабль. Флетчер передал верховное руководство Спрюэнсу, и тот снова послал в атаку свои пикировщики, уже успевшие принять новый бомбовый груз. После полудня они настигли «Хирю» и обратили его в бегство, причинив кораблю серьезные разрушения[285]. Грандиозный замысел Ямамото провалился — причем Спрюэнс, скомандовав отступление и не приняв ночного боя, который пытался навязать ему все еще мощный японский надводный флот, лишил противника последней возможности отомстить. На этом битва закончилась — хотя на следующий день американский самолет потопил поврежденный в столкновении японский крейсер, а чуть позже, 7 июня, японская субмарина I-168 пустила на дно направлявшийся домой «Йорктаун». С крушением плана Ямамото инициатива в войне полностью перешла к американцам.
* * *
Альтернативные возможности хода и исхода этого сражения давно занимали внимание всех, кто изучал историю войны на Тихом океане. Достойные сожаления технические ошибки, маленькие, но опасные нестыковки в координации действий, запоздалые или поспешные командные решения — все это, в свете известных и неизвестных непосредственным участникам сражения событий, создает множество вероятностных возможностей. Список наиболее известных из этих возможностей, приведенный Уолтером Лордом в книге «Невероятная победа» (1967 год), содержит, к примеру, следующие допущения:
— если бы только гидросамолет № 4 с тяжелого крейсера «Тоне» взлетел в назначенное время, «японцы обнаружили бы флот США до того, как приступили к перевооружению своих самолетов для второй атаки на Мидуэй;
— если бы только американские пикирующие бомбардировщики начали атаку пятью минутами позже (те самые знаменитые «пять минут»), японцы успели бы организовать оборону;
— если бы только японцы атаковали американские авианосцы сразу после появления тех на виду и не стали ждать, когда все самолеты будут готовы...
К этому списку мы готовы добавить: что, если бы командир атакующей группы пикировщиков Уэйд Макклуски не решил пренебречь соблюдением безопасной дистанции ради обнаружения японских авианосцев, а контр-адмирал Фрэнк Д. Флетчер, сойдя со своего тонущего корабля, не передал оперативное командование контр-адмиралу Рэю Спрюэнсу, который довел атаку до конца? Эти и многие другие отважные решения и смелые поступки, а также многочисленные просчеты следует признать важными составляющими в обеспечении исторической победы американского флота. Однако ниже я хочу заострить внимание на событиях, предшествовавших самому сражению — и, возможно, не в меньшей степени определивших его исход. Следует признать, что даже незначительные изменения могли заставить все обернуться совсем по-иному.
Мало кому придет в голову усомниться в важности победы у Мидуэй для обеспечения окончательной победы США над Японией[286]. По словам адмирала Честера У Нимица, главнокомандующего на Тихоокеанском театре, человека, который привел американский флот к победе над японским, «Мидуэй стал решающей битвой Тихоокеанской войны, сражением, после которого стало возможно все». Остальное, как говорится, уже история.
Но что, если бы в середине мая 1942 года японский радист, записав текст перехваченной американской радиограммы, повернулся бы к своему командиру, и сказал:
— С чего это они передают такие сообщения открытым текстом? Неужели не боятся, что о нехватке пресной воды на острове станет известно нам?
