Однако для военной тактики ацтеков столкновение с Кортесом не могло бы пройти бесследно. Встретившись с испанцами, индейцы впервые познакомились с кавалерией, артиллерией, аркебузами и арбалетами. Отступая из Теночтитлана вторично, конкистадоры наверняка снова бросили бы пушки, и ацтеки на этот раз, возможно, не стали бы их уничтожать. В руки ацтеков могли попасть также и мечи, доспехи, арбалеты, аркебузы, а возможно, и лошади. Но как повлияли бы эти трофеи на их тактику? Уже в боях с Кортесом индейцы пускали в ход испанские мечи (прикрепляли к шестам и использовали как оружие против конницы) и стреляли из отбитого у врага арбалета. Не умея добывать и обрабатывать железо, ацтеки не имели возможности ни наладить производство оружия по испанским образцам, ни даже чинить трофейные экземпляры. Но пользоваться захваченным вооружением им ничто не мешало. В конце концов ацтеки имели собственные широкие мечи, копья, луки и панцири. Индейцы, вступившие в союз с Кортесом, быстро освоили производство прекрасных стрел с медными наконечниками, сделав неисчерпаемым запас боеприпасов для арбалетов. Для пушек и аркебуз требовался порох, изготовлять который индейцы не умели, хотя и имели в наличии все необходимые компоненты. Зато, вероятно, ацтеки освоились бы с лошадьми и создали бы конницу, подобную той, с которой позднее довелось столкнуться американцам на Великих Равнинах. А случись испанцам и вправду наладить торговлю через Вера-Крус, оружие — и клинковое, и огнестрельное — потекло бы к индейцам, невзирая на все запреты[130]. Правда, чтобы овладеть им как следует, потребовалась бы серьезная подготовка, желательно под руководством уцелевших испанцев. Что вовсе не явилось бы чем-то беспрецедентным. Гонсало Герреро, потерпевший крушение у берегов Юкатана в 1511 г., стал военным вождем у майя. Он возглавил одно из их нападений на де Кордову и отказался вернуться к соотечественникам, несмотря на приглашение Кортеса. Сама Испания как единое государство возникла сравнительно недавно, а ее король, он же германский император Карл V, хотя и происходил от государей Кастилии и Арагона, родился в Нидерландах и в своей стране мог считаться иностранцем. Многие конкистадоры считали себя в первую очередь не испанцами, а, например, андалузцами или каталонцами, а некоторые из них и вовсе являлись португальцами или итальянцами. Таким образом, переход от Кортеса к Куаутемоку был возможен, вероятен, да, пожалуй, и неизбежен для пленных, не желавших оказаться принесенными в жертву ацтекским богам.
Чему же новому, еще не освоенному ацтеками в боях, могли научить испанцы? Разумеется, правильному обращению с новыми видами оружия. Например, обоюдоострые, с острыми концами, стальные мечи испанцев могли и колоть и рубить, тогда как широкие, с обсидиановыми лезвиями, дубовые мечи ацтеков использовались только для нанесения режущих ударов. Возможно, ацтеки даже смогли бы научиться изготовлять порох, благо необходимые для того ингредиенты в долине Мехико имелись. Но главным для ацтеков должно было стать не освоение новых видов вооружения, а усовершенствование стратегии и тактики.
Дальнейшее усовершенствование, ибо основы индейцы уже усвоили. Тактические нововведения, прежде всего, могли повлечь за собой серьезные политические последствия. Тласкалатеки пошли на союз с конкистадорами, поняв, что немногочисленные испанские отряды могут выступать в качестве ударной силы и расстраивать боевые порядки противника с эффективностью, недоступной для тактики и вооружения, принятых в Тласкалане. Наличие немногочисленных испанских солдат давало тласкалатекам серьезное преимущество, но овладевшие трофейным испанским оружием ацтеки вполне могли заменить испанцев.
Таким образом, даже если при начале второго испанского вторжения подвластные ацтекам племена по-прежнему враждовали бы с Теночтитланом, объединение их с конкистадорами не имело бы решающего значения. Несмотря на наличие у испанцев пушек и аркебуз, тласкалатеки, например, не получили бы того превосходства, какое они имели в прошлый раз. Разумеется, испанцы по-прежнему представляли бы собой ударную силу, но точно такой же силой могли являться и вооруженные испанским оружием и соответственно обученные отряды ацтеков. Естественно, в такой ситуации испанцы лишились бы многих союзников. Вожди воюющих племен отчетливо осознали бы элементарный факт: при наличии у обеих сторон ударных отрядов и использовании схожей тактики, победу одержит тот, кто имеет численное превосходство — то есть ацтеки.
К тому времени, когда испанцы, опустошив Анды войной и болезнями и покорив обитавшие там народы, смогли бы снова обратить внимание на Мексику (что могло случиться не ранее конца 1530-х гг.), возможность завоевания была бы упущена. Найти сильных союзников не представлялось бы возможным, а без них самых удачливых конкистадоров сбросили бы в море. (Черепа неудачливых украсили бы храмы Теночтитлана.) Для успеха завоевания требовалось бы такое количество пушек и лошадей, какого в испанских колониях попросту не имелось.
