Сначала я помотала головой, но потом решила, что с двух ревнивцев не убудет, если я полежу немного в объятиях нага. Все равно уснуть без Рикиши у меня не получится… Но… В отличие от настоящих змей, змеиная половина тела Шакрасиса была теплой, мягкой, уютной… как он и обещал. И я сначала дремала, ожидая возвращения своих мужчин, а потом уснула. Сквозь сон я слышала, как они переговаривались с нагом, потом почувствовала, как я как будто куда–то плыву, или перекатываюсь… как потом меня куда–то уносят и осторожно опускают на плащ, постеленный на твердой земле. Зато рядом — Бхинатар и Рикиши. И я устраиваюсь на бок, уткнувшись лицом в грудь Рики, а мужа подтягиваю сзади к себе поближе, а его руки кладу себе на талию. И да, возможно, мужчинам так спать не очень удобно, но это их проблемы. Зато я засыпаю почти мгновенно, хотя тело возмущается, вспоминая, как мягко было лежать на наге, и недоумевает, почему меня оттуда забрали. А вот подсознание довольно — объединились и отняли меня у хвостатого конкурента. Ну, разве они у меня не молодцы?
Проснулась я рано, все еще спали. Повалявшись минут пять, я поняла, что уснуть снова не получится и тут же вспомнила, что хотела искупаться. Попыталась тихо выскользнуть и даже вроде бы почти удалось, но на выходе из шалаша у меня в голове раздался тихий голос:
— Леди, вы обещали взять с собой хотя бы Чхара!
Шлея, что вчера попала мне под хвост, сегодня уже не натирала, но раз уж объявила всем, что поеду с братом, значит, так и надо поступить. Тем более решение–то действительно правильное, учитывая текущие реалии. Мне, вообще, по–хорошему, надо бы спать ложиться с гномом и Джиди, а то… Сегодня, например, мне кошмары не снились, зато снился секс во всех позах, то с Рики, то с Бхинатаром. Последнее означало, что я достигла предельной точки. Хуже только эротические сны с участием демона или нага. И, главное, меня вдруг осенило, что уже вторые сутки мой нетопырь некормленый. Ну да, точно, два дня назад кровушки попил, моей любви получил и в спасательно–восстановительных работах над демоном участие принял. С этого момента…
«Ой, а кровушки–то и не было!» — тут я остановилась, как вкопанная, и попыталась припомнить, когда кормила Рики в последний раз. Ну да, с утра перед заездом во второй туннель… на… сейчас–сейчас… На пятый день пути. Потом на следующий день мы нашли Джиди, а в ночи разгромили тюрьму троллей и спасли Шакрасиса. Потом — Клим… Жертвоприношение. Лес. Шалаш. Честно проспали весь седьмой день. И, вот, восьмой — тоже.
Ладно, первые три дня пути до случая с демоницей Рикиши насыщался моей безумной всепоглощающей, особенно мозг, любовью. Потом — кровь. Потом — секс. А сейчас он чем питается? Святым духом, что ли?! И я тоже молодец, забыла о режиме кормления собственного мужчины. Так увлеклась новыми мужиками, что память отшибло!
— Чего тебе не спится, мамуля? — сладко потягивающийся Ярим буквально выполз из шалаша, потом встал и с восторгом уставился на небо — красно–желтые отблески заката на черном фоне и россыпь звезд повсюду.
Тут же следом вышел Джиди, зябко кутаясь в плащ, которым эти двое накрываются, когда спят. Вопросительно посмотрел на гнома, потом тоже разглядел последние лучи солнца и замер.
— Да вот, до озера добраться хочу, — ответила я Яриму на его вопрос, с улыбкой умиления наблюдая, как эти два сорванца любуются красотой наземного мира. Тролль больше всего сейчас напоминал нека — кончики острых ушек чуть повернулись в разные стороны, хвост извивался и жил своей отдельной жизнью — то закручивался вокруг ноги Джиди, то вот обвился и подергал Ярима за руку, чтобы потом изогнуться и кисточкой указать на ветку дерева, где замерла очередная белка. Потом восторженно завилял, закрутился и снова подергал гнома, чтобы показать ему что–то невидимое мне, спрятавшееся в кустах. При этом сам Джиди тоже крутился, вертелся и восторженно прицокивал.
Ярим смотрел, кивал, хмыкал… и, вообще, вел себя с троллем очень странно, особенно учитывая первые часы их знакомства, когда я не знала, чем их развлечь, чтобы они не подрались.
— Озеро — это хорошо! — обрадовался гном. — А дорогу знаешь?
— Дорогу знают Клим и Нибрас, — вздохнула я. — Так что…
— Рогатый уже проснулся, — обрадовал меня Ярим. — Ну, тот, который с двумя рогами… А кентавророг вроде еще дрыхнет.
— Придется будить, — я вздохнула еще печальнее и направилась обратно в шалаш.
Ну, что я могу сказать? Никто уже не дрых. Все мужчины, столпившись в кружок, изучали откуда–то появившуюся у нас карту и обсуждали, как, куда и сколько еще нам ехать. Я подошла и втиснулась между Бхинатаром и Рикиши. Карта была огромная, расстеленная на спине ящера, и казалась очень старой, от нее даже пахло сладковато–прелым, и в первый момент захотелось чихнуть, а подписи были сделаны на каком–то странном неизвестном мне языке. Хотя последнее не удивительно — я же только на всеобщем и понимаю.
— У Шакрасиса оказалась, — уточнил Рики на мой первый незаданный вопрос.
