Бхинатар облизал губы, отвел взгляд и отрицательно помотал головой. Как я уже выяснила, ложь пахла, правда, запах зависел от конкретного человека, причин и объемов обмана. Сейчас в комнате витал легкий аромат перебродивших ягод, мутновато–сладкий, от которого немного подташнивало. Наверное, когда–нибудь я научусь классифицировать ложь по запахам, сейчас я просто решила, что причина связана с чем–то мутно–сладким и давним, раз уже успела забродить.
— Не надо мне врать! — почти умоляюще попросила я. — Мне важно доверять тем, кто рядом. Для меня это самый главный скрепляющий фактор, такой же надежный, как для тебя взаимовыгода.
Тут Бхинатар посмотрел в сторону второй парочки и глаза его сверкнули очень недобро. Я оторвалась от пристального изучения мужа и вновь взглянула на спасательно–восстановительные процедуры. Теперь Рикиши наглаживал Чхара ладонями, то по спине, то по ягодицам, то по ногам, втирая живительную влагу ему в тело.
— Значит, все хорошо, и тебя ничего не беспокоит? — ехидно переспросила я, обдумывая, что когда все закончится, Рики должен дико захотеть пить. Хотя вроде бы он именно этим и занимается — слизывает кровушку со спины Чхара. Ведь кровь для нетопырей как вода… наверное. Или как еда? Или как энергетик…
— Вы никому не расскажете?
— О чем? — не сразу сообразила я, вернувшись мыслями к мужу и брату.
— О нас с Чхаром, — голос у Бхинатара стал глухой и какой–то тусклый. — Я на многое готов ради него.
Судя по опущенной голове, поникшим плечам и, вообще, общему ощущению вселенской скорби и печали, тайна, которая по мне яйца выеденного не стоила, на самом деле была изящным средством манипулирования и, вообще, источником пользы для владельца.
— Я что–то подобное и подозревала, — пожав плечами, я вновь полюбовалась на Рикиши, который вновь перешел к вылизыванию. — Слушай, нам бы поесть и попить… Особенно Рики, — Бхинатар задумчиво посмотрел на меня и кивнул. Потом встал и вышел из зала, оставив меня наедине с пауками!
От толкающихся восьминогих в мою сторону сразу была направлена делегация: Обби и самая крупная мерзость с песочными часиками на спине. Я сжалась, напряглась, втянулась внутрь, максимально уменьшилась и закаменела, потеряв дар речи и способность двигаться. Умом я понимала, — ничего плохого это отвратительное создание мне не сделает. Главное — пережить первое знакомство и не завизжать на весь дворец. А еще у меня было иррациональное чувство, что Обби меня защитит.
Мерзость подошла почти вплотную к моей ноге и застыла, а главный из пушистых питомцев Бхинатара подпрыгнул, взобрался на мое плечо и начал усиленно жестикулировать. Иногда он опускал лапки и как будто бы тяжко вздыхал от моей непроходимой тупости.
— Он хочет вас познакомить с Эльбой, — пояснил мне вернувшийся муж. — Это главная паучиха Чхара.
— Ага… Очень приятно! — пролепетала я, настороженно косясь на мерзость и испытывая стойкое желание завизжать и подпрыгнуть в воздух.
— Вы наклонитесь и возьмите ее на руки, — пояснил правила знакомства Бхинатар. — Эльба из рода любимых пауков богини Ллос, к тому же она самка и привыкла, чтобы ей поклонялись.
Продумав несколько довольно длинных путей, по которым я бы хотела послать привычную к поклонению паучиху, я выполнила пожелание мужа и, присев, положила руку ладонью вверх перед Эльбой. Та тут же забралась мне на второе плечо и замахала лапами. Обби быстро сбежал вниз и отошел в сторону.
Я уставилась на Бхинатара, ожидая пояснений.
— Вы единственная женщина в семье, Эльба — единственная самка среди пауков. Она позволяет вам о себе заботиться.
— А почему она прогнала Обби? — недоумевающе уточнила я, стараясь не поворачиваться в сторону черно–красного блестящего нечто у меня на плече.
— Он самец. Теперь Эльба будет главная над всеми пауками.
Я нахмурилась, но излиться ядом не успела. Мой муж умоляюще сложил руки перед собой и бухнулся на колени:
— Пожалуйста, госпожа! Только не прогоняйте Обби совсем…
— Да с чего ты взял, что я хочу его прогнать? — я поманила устроившегося рядом с хозяином паучка и погладила его пальцем. Шерстинки были странными на ощупь, похожими на колючки кактуса. Вроде мягкие, а вроде, не доглядишь, — уколют кожу.
Бхинатар облегченно выдохнул и даже улыбнулся. Эльба у меня на плече решительно замахала ножками, обращая на себя внимание. Стараясь максимально абстрагироваться от происходящего, я погладила паучиху по одной из острых лапок.
— Ты красавица, — соврала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.
Эльба даже раздулась от гордости.
— Смотрю, вы, леди, зря время не теряете, — раздался у меня за спиной родной голос, а обернувшись, я успела заметить промелькнувшую на лице Рикиши ехидную улыбку. — Вас приняла местная Паучья Королева? Поздравляю.
Чхар, серый до бледности, пошатываясь, стоял и смотрел то на меня, то на Бхинатара. Даже на коленях, умоляя меня сохранить жизнь своему пауку, муж заметил, что восстановление его любовника закончилось, и опустил его на пол. И вот как и кому я могу рассказать об этом?
