— Вот так‑то оно лучше, — Андрей словно прочитал мои мысли. — Нам этот труп не нужен. И отношения к делу он не имеет. К тому, что на мне висит. Проституток убивают пачками. И какого рожна мне заниматься убийством выборгской проститутки? Думаешь, мне делать нечего? Хотя… Опубликуй‑ка в газете, что хотела. Пусть выборжане подсуетятся, займутся выполнением прямых обязанностей. Кстати, такой публикации будет достаточно для возбуждения уголовного дела. Я специально прокурору подсуну. Правда, тебе потом придется отвечать на вопросы.
— А я пошлю спрашивающих. Я не обязана раскрывать источники информации.
— Уж не по известному ли русскому адресу посылать собираешься? — прищурился Андрей. — Ох как это прокурору понравится! И опера не все такие, как я.
— Зачем по известному русскому? Есть "Закон о печати". Тебя к нему никогда не посылали? Выборжане потом всем рассказывать станут, куда были посланы питерской журналисткой. Знаешь, когда что‑то впервые ешь, следует загадывать желание. Насчет посыла не знаю, но можно ввести новую русскую традицию. Я через газету предложу. И по телевидению.
— Например, выпить вместе с журналисткой, — подсказал Андрей. — Третьим взять оператора. Пашка, насколько я знаю, никогда не отказывается.
Ну кто о чем, а русский мужик всегда о бутылке.
Андрей помолчал немного, потом вздохнул, признал, что он, конечно, не прав, но я должна его понимать. Я понимала, потому что знала, сколько ему за его труды платят.
— Юлька, не печатай ничего, а? — просяще посмотрел на меня Андрей. — Ив лес с Пашкой не таскайся. Нечего вам там снимать.
— Но девчонка, Андрюша… Я понимаю, вы ее убийство никогда не раскроете, но ведь у нее же родители есть…
— А ты уверена, что убийство?
— Ну не просто же так она в лесу валяется?!
Андрей грустно кивнул, потом заметил, что родственникам‑то как раз спокойнее считать, что дочь их жива и просто решила исчезнуть из города. Пусть лучше верят, что она вернется.
— Знаешь, наши туг недавно тело пацана нашли, — рассказал Андрей. — Через четыре месяца после того, как он ушел из дома. Так вот мать сказала: лучше бы не находили. Она верила, что он гуляет где‑то по стране. Много же мальчишек отправляется в путешествие. Я сам отправлялся в двенадцать лет на пару с одноклассником. — Андрей мечтательно улыбнулся, вспоминая. — Менты нас тогда прихватили в Зеленогорске и вернули домой. Хорошо с нами поговорили. Пояснили, как родители переживают, по полочкам разложили… Я тех ментов на всю жизнь запомнил. Поэтому и пошел сюда. Вот так‑то.
Андрей вспомнил рыдающую мать пацана.
Увидев тело сына, она лишилась надежды. Но люди бывают разные. Одни хотят точно знать, другие хотят надеяться, что сын, дочь, муж, брат, сестра вернутся. И последних, как показывал личный опыт Андрея, большинство. Пусть дорогой тебе человек исчез из твоей жизни, но надежда, что он жив, остается…
— И вообще мы даже примерно не можем предположить, кто отвез тело девушки или саму девушку в тот лесок, не так ли? — посмотрел на меня Андрей. — Или ты и это знаешь?
— Без комментариев, — ответила я.
— Значит, знаешь.
— Я не могу обвинять человека, не имея доказательств. А доказательств нет. Свидетель, присутствовавший при сем процессе, мертв.
— Что, еще кого‑то?..
Я покачала головой.
— Значит, информация непроверенная? Через третьи руки? И девушки в том лесочке может просто не оказаться? Да и вообще как там ее искать?.. Ты ведь только примерное место называешь… Тебе о нем сказали, тот, кто сказал тебе, тоже получил информацию от кого‑то… Это сколько ж людей надо гнать прочесывать лес?
Ладно, оставили тему. Ты можешь сегодня встретиться со своим милым, — сделал резкий переход от темы к теме Андрей.
— Встретиться в смысле?..
Мне будет предоставлено обычное свидание, как пояснил приятель. Разрешение у него на руках. Говорить будем по телефону и смотреть друг на друга через стекло. "И нас будут слушать", — добавила я про себя. А слушать нас будут обязательно. Как я предполагала, именно поэтому Андрей и подсуетился. Но почему это вдруг следак, ведущий Серегино дело, так расщедрился?
Или тут не обошлось без господина Сухорукова?
Он отдал распоряжение: предоставить свидание Юлии Смирновой с подследственным Татариновым. И все его выполняют: как представители братвы, так и органов. Какой же реальной властью обладает Сухоруков…
Далее Андрей сообщил, что Елену Сергеевну выпустили вчера. Адвокат поставил всех на уши — и вот Елена на свободе. Выйдя из изолятора, всем своим видом демонстрировала, что намучилась так, словно лет десять пробыла на саторге в Сибири, причем в кандалах.
— Так ее оправдали?
— Считай: да.
— А ангел бронзовый? Я понимаю, что доказала экспертиза: удар был нанесен после смерти. Но ведь он мог быть и смертельным.
Я, правда, тут же осеклась, вспомнив про признания Аллочки. Не за что Елене Сергеевне сидеть в тюрьме. Хотя… Я уточнила, взяли ли с Елены Сергеевны хотя бы подписку о невыезде. Андрей покачал головой: не было оснований.
