Отказать ему не могу. По той простой причине, что он один из немногих, кого я безмерно уважаю. И любую его просьбу стараюсь выполнять, как он всегда выполняет мои.
— Не думаю, что это хорошая идея, — меняется в лице Злата.
— Ну почему же? — склоняю голову на бок. — Всё, как ты хотела. Как там в детской песенке, ты, как аниматорша, должна знать. Говорят, под Новый год, что не пожелается…
— Всё всегда произойдёт, — вздыхает словно это ей приговор назначили, — все всегда сбывается…
— У меня все вещи собраны. И я нашла где мне сегодня переночевать. Поэтому, думаю нет смысла нам обоим усложнять существование друг другу, — заявляет гордо Злата, когда уходит дед.
— Ну уж нет. Раз договорились, значит остаёшься здесь. И не надо делать вид, что ты этому не рада, — закидываю в рот канапе и встаю из-за стола.
— Крыше над головой — очень даже рада, а вот компания оставляет желать лучшего, — ворчит, когда я на выходе из кухни равняюсь с ней.
— Бедная несчастная, придется тебе ютиться на одной жилплощади с холостым бизнесменом, владельцем мебельной компании, чьи доходы за год составляют такую сумму, которую ты, наверное, и написать будешь не в состоянии.
Злата поворачивается ко мне передом и поднимает голову, чтобы ввинтиться в меня своими голубыми глазами.
Красивыми глазами, с длинными пушистыми ресницами, не тронутыми тушью. Надо же, и даже не наращенными.
И губы у нее сегодня без помады. Не пухлые, но аккуратные, свои, верхняя чуть тоньше нижней, замечаю невзначай.
— Не впечатлил, — Издевательски ведет бровью, — Еще какими достоинствами похвастаешь? Или деньги единственное, чем ты можешь щегольнуть перед девушкой? Ах, ну да, я забыла. Ведь вежливость и культура общения не вложены в твою забитую материальными вопросами голову.
Взять бы ее, да отшлепать по этим губам.
— Деньги впечатляют любого, не делай из себя особенную.
— Без денег сложно, не спорю, но они не основа для счастливой жизни.
Мне хочется рассмеяться над её рассуждениями. Они настолько нелепы, что я снова не верю ни единому слову.
— А что же основа? — в ожидании складываю руки на груди и приваливаюсь плечом к дверному косяку.
Прям интересно послушать, какой вариант ответа у неё заготовлен.
— Люди рядом. Хорошие друзья, любимый человек, — перечисляет с такой уверенностью, будто реально верит в свои россказни, — Вера в чудо.
— Чего? — над последним искренне смеюсь. — Какое чудо?
— Самое настоящее. И не смейся. Когда ты живешь один и не ждешь от жизни ничего, кроме как понимания, что тебе нужно работать каждый день ради того, чтобы влачить свое существование, то… разве это жизнь вообще?
— Естественно, потому что, если ты не будешь работать, тебе придется ходить и искать ночлег. А, погоди, — наигранно постукиваю пальцем по подбородку, — не тебе мне рассказывать, как это бывает.
Сощурившись, Злата пропускает мимо ушей мою колкость. Складывает руки на груди, таким образом приподнимая свою небольшую грудь.
— А вот и нет. Я всегда верю, что даже из самой плохой ситуации есть выход. Моим выходом оказался ты. Хоть мы оба и не слишком этому рады, но я все-равно благодарна за то, что мне не пришлось искать ночлег вчера. Можно считать это стечение обстоятельств чудом.
— Ну конечно. И как часто в твоей жизни случаются «чудеса»? — черчу в воздухе кавычки, игнорируя ее попытки подчеркнуть свои слегка выдающиеся места.
— Да постоянно, — уверенно разводит руками. — Главное уметь их видеть и ценить. И даже такая не пробивная глыба как ты, может пересмотреть свои установки и предположить, что не только деньгами можно решить все вопросы.
— Я не настолько наивный. И в альтруистические поступки не верю. Если кто-то и делает добро, то только ради собственной выгоды.
— Ошибаешься.
— Не трать время напрасно на то, чтобы убедить меня в своих бреднях. Я дольше тебя живу на земле и могу тебя разочаровать. Чудес не существует.
В глазах напротив мерцает неслабая такая молния. Злата становится похожа на тушканчика перед нападением.
— Не веришь, значит?
— Нет, — усмехаюсь над тем, как она пыжится.
— А я заставлю!
Мда. Похоже у нее реально проблемы с головой и восприятием этого мира.
— Или я тебя заставлю снять розовые очки и увидеть внутреннюю сторону медали. Все в жизни покупается и продается. Даже твои чудеса.
— Наверное, это будет сложнее чем я думала, но я все равно попробую. А вдруг и у такого варвара как ты, окажется сердце.
Развернувшись на пятках, Злата уверенно дефилирует мимо меня в сторону своей спальни.
Посмеиваясь над ней, залипаю взглядом на подтянутой заднице и стройных ногах.
Вот в то, что она виляет сейчас ею ради того, чтобы я заметил, верю. Как и в то, что я самым натуральным образом… замечаю. И задницу и то, как джинсы туго ее обтягивают.
И у меня даже мелькает желание стащить их с нее, поставить на колени и хорошенько отодрать сзади. Напомнить, что такое взрослая жизнь, и чудеса оргазма, а не те, о которых она поет.