— Нет, спасибо, ничего не нужно, — опускаюсь на мягкий диван и с интересом верчу головой.
Да уж, у Льва не только квартира выглядит, как ледяной замок, а и офис тоже. Только разве что ёлка и конфеты на журнальном столе добавляют ярких красок. И то, конфеты, наверное, идея его секретарши.
Не смея отказать себе в лакомстве, тянусь и беру одну из них. Я голодная, ужас. Сегодня на празднике нас не угощали, поэтому в моих карманах впервые пусто. И в желудке тоже.
С громким шелестом, раскрываю фантик и отправляю шоколад в рот. Ммм, вкуснятина. Никто не обеднеет, если я съем еще парочку, правда?
Пока конфеты стремительно отправляются ко мне в рот, не замечаю, как рядом оказывается та самая секретарь со стаканом воды.
— Вот, возьмите, — с улыбкой ставит его передо мной, — вкусные, правда? — Задорно кивает на конфеты, заметив, как я краснею.
— Мхм, очень.
— Ешьте, все-равно все гости, которые приходят к Льву Павловичу их не едят. Женщины все на диетах, а мужчины просто не любят сладкое. Поэтому, я иногда таскаю их к чаю. Радует, что кроме меня есть еще сладкоежки.
Подмигнув мне, Светлана, как я успеваю заметить на её бейджике, уходит за свой стол, а я с облегчением выдыхаю. Ну, хоть не все здесь такие же отмороженные как та барышня с первого этажа.
Сделав несколько глотков воды, уже собираюсь вернуть стакан девушке, как дверь кабинета резко открывается.
Оттуда стремительным шагом выходит мужчина преклонного возраста, с кейсом в руке. Несмотря на худое телосложение выглядит он довольно враждебно, и энергия от него веет такая, что хочется отойти с дороги, чтобы не унесло.
— Будь ты проклят, Вольский! — рявкает через плечо.
— И вам не хворать Семён Петрович, жду вас в понедельник, — спокойно отвечает Лев.
Рассыпаясь в непонятных, но как я догадываюсь, нелицеприятных, выражениях, старичок пролетает мимо меня, прямиком к лифту.
— Ого, — встречаюсь взглядом со Львом, — чем ты его так обидел?
— А почему ты решила, что это я его обидел? Это он меня вообще-то проклял. Заходи. — Кивнув мне, Лев дожидается, пока я пройду мимо него и закрывает дверь.
— Проклинают не на ровном месте. Да и если выбирать между вами двумя, я все же более склоняюсь к варианту, что обидеть его мог именно ты.
Неторопливо ступаю вперед, оглядываясь по сторонам. Ну, собственно, всё, как я и представляла.
В центре кабинета — большой стол с идеально гладкой поверхностью из белого лакированного дерева, стоящий на металлических ножках с хромированным покрытием. На столе минимум предметов: ноутбук, аккуратно сложенная папка с документами, стильная ручка. Рядом с рабочим местом — современное эргономичное кресло с обивкой из светлой кожи.
Около правой стены расположен закрытый шкаф со встроенными полками. Внутри ровными рядами стоят книги, деловые папки и несколько декоративных элементов: статуэтка, глобус и коллекционная модель автомобиля. На противоположной стороне — небольшой мягкий диван нейтрального серого оттенка, перед ним стеклянный журнальный столик с несколькими свежими журналами.
В стиле Льва. Сдержанно и минималистично.
— Какой я ужасный, — доносится с ухмылкой мне в спину.
Я останавливаюсь, чтобы обернуться, а когда делаю это, оказываюсь к нему нос к носу. Сердце подскакивает, как на мяче, и раздувается. От Льва приятно пахнет тем самым одеколоном, который в первый вечер мне отчего-то показался слишком резким, а его непосредственная близость заставляет забыть зачем я вообще сюда пришла.
— М? — бегу взглядом по черной щетине, минуя губы, ощущение которых все еще покалывает на моих, запретными эмоциями.
— Говорю, что я ужасный. Обижаю всех, кого не попадя, — произносит, растягивая слова, и выжигая во мне дыру.
— Это да, не поспоришь, — быстро облизываю ставшие в миг сухими губы.
Мы на мгновение зависаем друг перед другом. Смотреть ему в глаза сродни пытки, поэтому максимум, куда я способна направить взгляд — это в мужскую шею. А вот он, не стесняется осматривать меня всю. Я чувствую мужской скользящий взгляд по лицу, груди, талии. И от этого мне ни капли не легче.
— Я смотрю, тебе нравится расхаживать в таком виде, — хрипло улыбается, кивая на мою шубу.
А мне уже так жарко в ней, как в самой настоящей бане.
— Вообще, да. Она тёплая, — отступаю на шаг, чтобы не попадать под его влияние, оказывающее на меня странное воздействие. — Но сейчас я в ней не по собственному желанию. Понимаешь… — набираю в легкие побольше воздуха, уже представляя как меня сейчас будут четвертовать, — я ключи потеряла, — зажмуриваюсь, и тут же начинаю лепетать всё подряд. — Ты прости, пожалуйста. Я не знаю, как так произошло. Я приехала домой в обед, переоделась и поехала на праздник. А когда вернулась, ключей уже не было. Я не смогла попасть в квартиру, поэтому пришлось ехать сюда. Я заплачу за смену замка, не волнуйся. И если ты думаешь…
— Так, тихо!
Замолкаю, приоткрывая один глаз. Как маленькому ребёнку, хочется спрятаться под стол, чтобы не надавали по заднице.
— Ругаться будешь? — втягиваю шею в плечи.
— Ругаться нет. А вот наказать… — глаза цвета ртути темнеют и сужаются, не суля мне ничего хорошего.