— Она скандальная, лучше позвоните Рите, она вам все расскажет. А Гулькиной вечно некогда, у нее семеро по лавкам, да и болеет она часто.
Мои знакомые журналисты несколько раз звонили мне и спрашивали:
— Наташа, что происходит? Мы хотели взять у тебя интервью, но нам все время говорят, что тебя нет, ты не можешь и тому подобное.
— Почему же вы мне не позвонили?
— Тебя же не было в Москве.
— Кто вам сказал?
— Оксана сказала, что ты уехала на дачу.
— На какую дачу? У меня ее нет.
Всю эту игру начал Лавров — с тех пор, как я ему отказала как мужчине. Он сделал из Риты своего союзника и все время подливал масла в огонь.
Иногда он говорил, что мы обе одинаковые, обе склочные, хотя знал, что мне это неприятно. Порой все видели, что он становится подкаблучниклом Суханкиной, которая явно общалась с ним не как с директором:
— Ты не положил мое второе платье! Как ты мог забыть? Я же тебе говорила!
— Хорошо, я сейчас возьму ключи, поеду привезу второе платье. А где оно висит?
— В таком-то шкафу.
Все переглянулись. Откуда Лавров может знать, в каком шкафу висит Ритино платье? При этом они не афишировали своих отношений. Я понимала, что Суханкина влюблена. Когда на интервью ей задавали вопрос: «Что для вас человеческие отношения? Любовь? Что вы цените в мужчине?», она отвечала:
— Для меня неважна внешность, все равно, маленький он или большой, лысый или лохматый, главное, чтобы любил и был хорошим человеком.
Наши совместные с Ритой дуэтные номера стали для меня настоящей обузой, я даже лишний раз не хотела брать от людей букет цветов, чтобы не вызвать гнев моей коллеги, так как если она видела, что у меня было больше цветов, ее начинало трясти. Человека просто раздражало мое присутствие. Она кричала в рацию звукорежиссеру Алексею:
— Гулькину невозможно слышать, она гвоздями впивается мне в мозг. Ее голос бензопилой режет мне слух, я сойду с ума, выключи мне ее из мониторов.
Лион слушал, не выдержал и сказал Лаврову:
— Это нормально, что Суханкина в рацию орет звукорежиссеру: «Убери эту суку, потому что ее мерзкий голос невозможно слушать!»? Почему все эти годы Суханкину голос Наташи устраивал, а тут вдруг у нее что-то включилось, и теперь этот голос стал ее раздражать? Извини, но на этой же волне находится милиция Дворца спорта, и они все это слышат. А кроме того, я никогда не слышал, чтобы Наташа что-либо подобное говорила про Риту.
— Да, да, я с ней поговорю. Я скажу, чтобы она так никогда больше не делала. И Рита перестала кричать в рацию, она стала звонить по телефону Леше-звукорежиссеру во время концерта и говорить ему еще хлеще — она просто не думала, что Леша может мне это рассказать.
Вспоминаю историю с журналом «7 дней», где я сидела на «липовой» даче у Маргариты Суханкиной. На тот момент у нее не было дачи, но пиарщица агентства «Успех» сказала:
— Не вопрос, дача будет, только мы должны решить, чья это дача, девочки?
Рита сразу сказала:
— Моя.
Лавров тут же подтвердил:
— Да, давайте так, дача Ритина, а Наташа пусть в гости приезжает.
Это был обман, и я рада, что меня отодвинули на второстепенную роль, потому что я терпеть не могу обманывать. Когда мы приехали на эту чью-то дачу, девочка-пиарщица сказала:
— Приедет фотограф из «7 дней», он вообще не должен понять, что это не твоя дача, Рита. Ты должна делать вид, что все здесь принадлежит тебе. Если он заподозрит что-то неладное, то никакой съемки и статьи не будет.
— Я все поняла, — ответила Суханкина.
Это был роскошный дом: спальни, бильярд, лиса чернобурка в клетке, огромная овчарка, две маленькие собачки и попугай. Ей сказали, что она должна запомнить, как зовут животных. Приехал фотограф, идет съемка, она ходит с деловым видом и показывает «свои» хоромы. Я сижу возле попугая и слушаю, так как фотограф говорит:
— Раз Наташа приходит в гости, мы сделаем пару фотографий с ней и отпустим, а основное интервью я буду брать у Маргариты.
Рита становится напротив искусственного мостика, собаки перешли на другую сторону, и фотограф ей говорит:
— Маргарита, вы не могли бы подозвать к себе песиков? Чтобы они стояли возле вас, это будет очень классный кадр!
Суханкина понимает: она не помнит, как зовут собак, и начинает играть:
— Ой, мои хорошие, ой, мои золотые, бегите ко мне!
Собаки, естественно, вообще никак не реагируют. Я понимаю, что мы сейчас завалимся, бегу к пиарщице, которая сидит в комнате, читает журнал.
— Как собак зовут?
Она называет. Я тут же подбегаю к Суханкиной и на ухо ей говорю имена собак.
Маргарита их позвала, они подбежали, он сделал фотографии. Когда вышла статья, я увидела два слова с собой и целое интервью с Ритой.
После чего я подошла к Лаврову:
— Почему я должна платить 30 тысяч рублей в месяц, которые вычитаются из моего заработка, за рекламу Маргариты Суханкиной? Во всех крутых журналах Рита, в лучших передачах Рита.
— Не говори ерунду, все делается одинаково, — отмахнулся он и ушел.
Шло время. Отношения с Лавровым и Суханкиной только накалялись. В конце ноября ко мне подошел Лион:
— Ты вообще знаешь, что уходишь из коллектива?
— ???
