Перелет в город Петропавловск-Камчатский длился какое-то бесконечное время. Мне показалось, что прошла целая вечность. Мы прилетели на Камчатку с большой сольной программой, подготовленной для нескольких концертов. Нас встретил мужчина по имени Анатолий, крупного телосложения и с абсолютно белой седой головой. Мы очень проголодались и после заселения в гостиницу попросили нас покормить. Завтрак состоял из трех блюд. Несколько тарелок с нарезанной красной рыбой, несколько бочонков, заполненных до половины красной икрой, и, конечно же, белый хлеб. Мы просто обалдели, расхохотались: вот уж сразу чувствуется, что оказались в рыбных краях, нас так еще нигде не встречали. Мы набросились на рыбу и икру, но радость наша тут же прошла: и икра, и рыба оказались слишком солеными, есть их было невозможно. Тогда мы попросили пожарить нам яичницу, и затем я отправилась в свой номер отдыхать. Один день у нас был на акклиматизацию.
Камчатка, конечно, удивительный край. Одни вулканы чего стоят, глаз не отвести от величия и красоты. Уникальная природа. Мы выступали по небольшим посёлкам городского типа, и везде нас очень дружелюбно встречали и кормили красной икрой, под конец поездки я уже видеть не могла эту икру, но домой своим, конечно, привезла гостинцев.
Наш тур завершался концертом в Берингия.
Раз в году в этих местах проходят собачьи заезды на упряжках. Это большой фестиваль, на котором собирается множество оленеводов со всего края. Это торжественное мероприятие завершалось моим сольным концертом в городе…
Он проходил в местном Дворце культуры образца советских времен. В холле продавали мед и разные поделки местных мастеров, на улице, на заднем дворе, спали на сенных подстилках уставшие собачки, которым пришлось одолеть… км. (?) Они были, так сказать, «без задних ног», а их хозяева поздравляли друг друга и отмечали прекрасный заезд.
В гримерке накрыли стол, на котором, конечно же, присутствовали бутерброды с красной икрой.
Прошло уже более половины нашего концерта, как вдруг неожиданно в зале включился свет, и все люди устремились к выходу. Какое-то время музыка еще звучала, но потом и ее отключили, я, ничего не понимая, стояла в центре сцены, сверху сыпалась какая-то мишура, и я не сразу поняла, в чем дело. Только подняв голову, я увидела, как огромные железные софиты раскачиваются из стороны в сторону. Оглянувшись назад, я увидела, что мои балетные девочки убежали за кулисы и оттуда же мне махали руками Лион и наш прокатчик Анатолий. Мол, беги быстрее сюда. Я второй раз видела Лиона таким напуганным, первый был в Ливнах, когда сломалась крыша сцены.
— Что происходит? — выпалила я и только в эту минуту почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног.
— Землетрясение! Бежим на улицу! — крикнул Лион и схватил меня за руку.
Мы помчались на улицу через холл дворца, на стенах которого с неимоверной силой из стороны в сторону раскачивались портреты передовиков производства. Это меня необычайно впечатлило. Как выяснилось потом, землетрясение было шесть баллов. Местные жители уже привыкли к подобным явлениям и знали, что в таких случаях нужно срочно покинуть помещение. Через несколько минут всё стихло, и мы продолжили концерт. Все зрители вернулись в зал.
Интересно, кстати, что, когда концерт только начинался, я вышла на сцену и увидела, что все люди сидят в верхней одежде, в теплых шапках, у кого-то пальто и шуба лежат на коленях. Я еще шутила со зрителями на эту тему, почему они не сдали вещи в гардероб, они смеялись моим шуточкам, и только позже я поняла, что именно из-за грядущего землетрясения (местные жителя всегда получают предупреждения о таких явлениях) они не сдали одежду.
В завершении нашего выступления все дети из зала перекочевали на сцену и плясали вместе с нами. Концерт закончился на ура.
Вечером в программе «Время» рассказали о землетрясении в Берингии, упомянув, что выступали московские артисты, но всё обошлось.
Так что эта поездка оставила о себе много впечатлений.
И еще с Петропавловском меня связывает то, что через какое-то время два пушистых комочка родом из тех краев поселились в моей квартире и теперь делят со мной ее территорию.
Чтобы продолжать самореализовываться и быть финансово более уверенной в завтрашнем дне, я попыталась стать предпринимателем, открыть свой шоу-рум, съездила с подругой в Италию, в Турцию, закупила вещи, но из этой затеи ничего не получилось.
Как-то раз моя подруга Аля, уезжая из Уфы, сказала мне:
— Хочу, чтобы ты послушала великолепную песню, в ней отражено состояние моей души, и я уверена, что и твоей тоже.
Она ставит в машине диск с песней, где были такие слова: «Боже, что же и за что же наказанье? А Ты прости меня хотя бы за незнанье, я молю Тебя, вставая на колени, а Ты пошли же мне хоть чуточку терпенья». А в конце: «Верю в то, что грехи я свои замолю и снова в жизни своей запою».
— Это твоя песня, ты должна спеть, — сказала Аля.
— Великолепная песня! А кто ее исполняет?
— Есть такой певец — Данико Юсупов.
Я проводила Алю и попросила Лиона:
