А ведь до конца недели оставалось всего-ничего и Джамиля решила хорошенько подготовится к занятиям и конной прогулке. Для начала съездила в магазин и купила одежду и для верховой езды, а потом, как опытный журналист сделала домашнюю работу и прочитала и посмотрела, что нужно знать начинающим наездникам. Кое-что ей уже рассказывал и показывал Фархат, но не хотелось снова казаться дурочкой и неумехой.
В назначенный день и час она подъехала к КСК, припарковала машину и позвонила инструктору. Тот уже был тут как тут, и буквально через минуту вышел за ворота в привычном образе: снова эти штаны цвета хаки, ботинки и футболка. Седых волос у него было больше, чем у Даниала, но и бывший муж, и новый друг несмотря на приближающийся полтинник выглядели моложе своих лет благодаря своих возможностям, спорту и правильному питанию. Да и вообще говорят, что пятьдесят — это новые сорок. Не врут.
— Привет! — Фархат старался держать себя в руках, поэтому просто помахал гостье. А ведь хотелось приобнять и снова поцеловать — так она его волновала. — Подготовилась, да?
— Так заметно? — сжимая черный шлем, переспросила Джамиля. На ней были темные бриджи, футболка-поло и кеды. Еще она взяла с собой перчатки
— Молодец. Тебе будет гораздо удобнее. Ну пошли. Я уже подготовил лошадей.
Фархат снова повел ее в конюшню, потому что считал, что перед поездкой нужно наладить контакт с лошадью.
— Ну что, Оскар, привел я тебе твою подружку. Встречай.
Они зашли в денник, где стоял белый арабчик. Джамиля, как учил ее Фархат, подошла к нему слева, протянула руку и аккуратно погладила его по шее.
— Привет, красавчик. Соскучился?
Неожиданно скакун бодро заржал, а Джама восторженно посмотрела на Фару.
— Это же хорошо, да?
— Конечно. Ты ему еще тогда понравилась.
— Это взаимно, — сказала она ему в глаза, но сразу же отвела взгляд, потому что весь диалог прозвучал как-то странно. — А я принесла тебе вкусняшки. Прочитала, что лошади любят морковку и яблоки.
Джама нырнула рукой в сумочку, перекинутую через плечо и достала пакетик с морковкой, которую предварительно почистила, помыла и нарезала на куски.
— Угощайся, — она протянула ладонь и Оскар ловко захватил лакомство губами и языком. — Ой, щекотно!
Джамиля весело зажмурилась, а Фархат, наблюдавший за этой сценой, невольно залип и подумал, что долго на такой дружеской ноте не протянет. Зов природы, мать его, такой… непредсказуемый.
Наконец, они выехали за пределы клуба и направились в сторону яблоневых садов. Несмотря на то, что Верный был резвым и активным конем, хозяину пришлось слегка его приструнить, чтоб не рвался в бой, ведь Джамиле до галопа еще заниматься и заниматься. Она только-только освоила строевую рысь и была все еще не уверена в себе.
Через час они решили остановиться. Фархат привязал скакунов к деревьям и предложил прогуляться и поболтать. А болтать его тянуло страшно, потому что нравился голос этой восхитительной женщины, которая по-прежнему оставалась для него загадкой, даже несмотря на то, что СБ собрало на нее полный отчет.
— Приезжай сюда в сентябре, когда начнется сбор урожая. Яблоки такие сочные, сладкие. Настоящие алматинские.
— Подожди, — остановилась Джамиля. — Бизнесмен, который взял под охрану этот сад, — ты? Ну, конечно! — воскликнула она. — Я только сейчас поняла. Сестра мне говорила, что это владелец конного клуба.
— Мое детство прошло здесь. У бабушки и дедушки был дом на две улицы ниже той, где ты жила. И я помню, как все ездили собирать яблоки. Дед катал меня на лошади, сажал впереди. В 90-е много деревьев вырубили. Вот, что удалось сохранить в этих краях.
— Это большое дело, — восторженно заявила Джамиля. — Ты не перестаешь удивлять.
— Да ладно, — покачал он головой и пошел дальше. — Я на самом деле не напрашивался на комплименты.
— Знаю. Я от души.
Еще немного они прошлись молча, взобрались на холм, откуда открывался потрясающий вид на город. Они стояли хоть и близко, но никак не соприкасались — держали дистанцию. Джамиле было хорошо, легко и спокойно в этот момент. Ведь не надо было притворяться, бояться, что скажешь что-то не то и невпопад, быть просто ученицей и начинающим другом. А в это время Фархат Валиев боролся с собой, как мог, потому что все, что он хотел — притянуть Джамилю к себе и поцеловать. Но… он сам дал слово мужика.
— О чём думаешь? — негромко поинтересовался, любуясь ее изящным профилем.
— Наслаждаюсь красотой и моментом, — вздохнула она. — А еще думаю, что все-таки хочу вернуться на работу. Но это так, — махнула она рукой, — просто мысли вслух.
— Снова вести новости?
— Наверное, уже нет. Свято место пусто не бывает. Но я никогда не боялась работы в поле, за кадром. Может, как ветеран буду делать репортажи о выставках кошек и концертах классической музыки.
— Я бы хотел видеть тебя на экране.
Как только он это сказал, Джамиля повернула голову и поймала его задумчивый взгляд. То, что она увидела в его серых глазах, немного напугало.
— Не надо, Фархат.
— Что?
— Не влюбляйся в меня. Я не смогу ответить тебе взаимностью.
— Я и не думал, Золушка, — рассмеялся он. — Мы же просто друзья.
