Ольга Мяхар. А ОБЕЩАЛР
Сижу, сжимаю в руках простое золотое колечко и абалдело гляжу на высокую надменную женщину, возвышающуюся передо мной.
– Фея? – с вызовом.
– Фея. – твердо.
– Исполняешь? – напряженно и немного нервно. Счастье зашкаливает, разум в отрубе.
– Да!
– Тогда хочу…
– Погоди.
Понятливо затыкаюсь: чудес на свете не бывает, мне сейчас об этом нагло объявят.
– Сначала верни кольцо, потом исполню одно желание. Поняла?
– Фигу!
– Что-о?! – взгляд феи прожигал насквозь, я вцепилась в колечко грязными пальцами, наотрез отказываясь выпускать его из рук. Угу, щас, так я и поверила! Не отдам.
– Сначала желание!
– Да как ты…
Я сунула кольцо в рот и нагло улыбнулась. У феи не было слов. Зато сколько эмоций на лице.
– Ефли пвоглофю – доставать будеф сама внаеф откуда. Лицо тети посерело, она допетрила.
– Говори желание, грязь под моими ногтями! Я вопросительно посмотрела на ее ногти.
– Такие гвяфные? – участливо и с оттенком жалости.
Обоюдное рассматривание маникюра. Серое лицо налилось багровыми пятнами. Красиво.
– НЕТ!! Молчу.
– Так, или ты скажешь свое желание и выплюнешь мне мое кольцо или…
– Ой.
– Ну что еще?
– Я кажется его…
шок и снова сереющее лицо..Глаза широко смотрели на мир и грязную меня, сидящую в подворотне перед ними.
– проглотила? – надсадный писк поразил до глубины души.
– Не-не, – успокоила я истеричку, – оно за щеку завалилось. Нашла, не боись. Широкая щербатая улыбка, и шумное дыхание взбешенной женщины в ответ.
– Говори немедленно, чего хочешь!
Я с трудом встала, потирая синяк на коленке и почесала ногтями спутанные волосы на макушке. Чего хочу? Многого. Но говорить надо кратко, а то ведь последний шанс провороню.
– Хочу красоты и счастья.
– Это дыва желания.
Я перекатила кольцо по зубам, звякнув им по остаткам эмали. Фея скрипнула зубами.
– Против правил не пойду. Перефразируй.
– Лана, тогда сделай меня главным героем в сказке со счастливым концом. Сойдет?
– Плюй.
– сначала…
– Выплюнь, тогда исполню. Без кольца – не колдую. Да не бойся, я уже дала слово.
Я тяжело вздохнула, но кольцо выплюнула. Ладно, фиг с ней, попытаюсь поверить еще раз.
Кольцо крайне брезгливо соскребли платочком с моей руки, зажимая нос второй рукой. Ну да, я сейчас в бегах от одной местной банды,вот и прошлась по канализации. Так ведь уже почти все выветрилось.
– Уверена? – прогундосила фея, пытаясь одеть кольцо на трясущийся палец.
– Угу.
– Ну, смотри… А дальше память обрывалась.
– Вирх, вставай! Вставай, кому говорю! На экзамен опоздаешь – лично придушу.
По мне кто-то прыгал. Но было так тепло и уютно в кои-то веки, что я просто отмахнулась и забралась поглубже под одеяло. Рядом пискнули, закопошились и в ухо вонзилось что-то острое.
Мой крик смешался с чужим воплем, я вылетела из кровати, грохнулась на пол и на ощупь отползла в угол, прижимая к груди – небольшое, мягкое и сопротивляющееся.
– Кто здесь? – голос был каким-то чужим, будто и не мой вовсе. И когда только успела так простудиться?
– Я.
– Кто, я?
– Ты придурком-то не прикидывайся. Я – это я.
Я недоверчиво опустила голову вниз и встретилась с огромными голубыми глазами котенка, затихшего у меня на коленях.
– Глюк, – мрачно и проникновенно.
– Кто? Я?!
– ну не я же.
– ну все, ученик, ты нарвался. Дальше было плохо.
По комнате что-то летало (кот), сверкали когти, раздавалось шипение, меня поливало какими-то огненными искрами и било летающими с неменьшей скоростью подушками. Психика слезно прощалась с тронувшимся в дальний путь разумом.
Кое-как влетела в ванну, заперлась на хрупкую щеколду, и пока котенок с жутким хохотом выжигал в ней дырку, судорожно искала окно. Линять вообще никогда не поздно. Проходили.
Из зеркала на меня смотрел хмурый психопат с дымящимся хвостом на макушке и трясущимися руками. Я взвизгнула, врезала по нему ковшиком, и на меня градом посыпались осколки битого стекла.
Дверь разлетелась на куски, на пороге стоял ненормальный котенок, а я ревела, сидя на краю ванны и прижимая к себе погнутый ковшик. Котенок остановился, склонил голову на бок и неожиданно ласково спросил.
– Вирх, ты чего?
– Я МАЛЬЧИК!!! – На пределе связок. Кота сдуло.
– Странно – откуда-то из коридора.
– да? – недоверчиво, вытирая ковшиком сопли. Неудачно.
– да. И как ты за триста лет этого не заметил?
– за скоко?!
Слезы перестали течь, ковш я прижимала к плоской груди как последний оплот надежды.
– триста, – безжалостно и с садистским юмором.
– столько не живут. – я попыталась встать.
– а ты давно мертв. Грохот рухнувшего в ванну тела и дребезжание ковшика, упавшего на пол. Тишина в коридоре.
На меня кто-то прыгнул, в ухо ткнулись мокрым носом, щекоча щеку усами. Я летаргически разглядывала потолок.
– хочешь еще что-нибудь о себе узнать? – задумчиво тыкая лапкой в мой открытый глаз. – рефлекс есть. Хорошо.
– а что, я еще чего-то не знаю? – так и не смогла сказать это с юмором. По потолку ползли жирные наглые тараканы, с интересом меня разглядывая. Все, это явно шиза. Мозги не вынесли реалий мира и увели сознание в глубины бушующей психики.
