Пока шестёрка бесенят резво растаскивала мусор в стороны, подбежавшие осы без лишних слов начали помогать им, отталкивая элементы баррикады ещё дольше в холл. А мы с Кирой и Денчиком швырнули свои последние боеприпасы в проход к супермаркету — по одной лягушке от каждого. В той стороне уже заметались лучи фонарей. Стрелки уже почти готовы были высыпать в холл и превратить дерзких налётчиков в решето.
— Кройте! — Пока где-то там в тёмном проходе тлели петарды, я натянул единственную газовую маску и отдал арбалет Денчику. Засев за массивный прилавок, он нацелился в сторону прохода вместе с Кирой. Которая, по такому случаю, вытащила свой трофейный обрез.
Все мы были готовы к следующему этапу нашего плана. В рамках которого мне предстояла сольная импровизация. Великий Пальячи ещё заставит вас как следует просраться, ублюдки полосатые...
Мой выход был сразу после того, как раздался тройной хлопок мощных петард — прямо под ногами у бегущих стрелков. Разорванные лягушки выпустили наружу газ, от которого у шмелей после первого же вдоха мгновенно невыносимо зачесались глаза, забило нос, а лёгкие наполнились густой мокротой.
Задыхаясь от кашля и ослепнув от слёз, старшие шмели перестали светить в сторону холла — лучи их фонариков судорожно заметались в разные стороны. И вскоре один из них поймал в голубоватый круг меня.
— Привет... — Выхватив из слабеющих рук ружьё, я одним движением перевернул его в сторону источника света и выстрелил. Фонарик резко отнесло назад вместе с владельцем. А на стекло маски упали первые мелкие брызги.
Пытаться стрелять из ружья во второй раз нельзя. Если оно уже пустое, то лишь выдам своё положение хрустом помпы. Поэтому — мгновенный прыжок в сторону. Несколько слепых выстрелов отрикошелтило от пола в том месте, где я только что был.
Удар прикладом чуть выше второго фонарика, который метался совсем рядом со мной. Хруст ломающейся переносицы. И ещё пара капель шлёпнулась на пластиковое стекло маски.
Кувырок в другую сторону. Снова панические выстрелы в темноту. Кажется, кто-то даже попал. Но не по мне, а по шмелю со сломанным носом.
Перехватив ружьё за ствол, я наотмашь рубанул им как дубиной чуть ниже света ближайшего фонаря. Лишившись опоры, шмель выронил фонарь с оружием и шлёпнулся мордой в пол.
Одной рукой бросаю ружьё, другой — хватаю его винтовку и перекатываюсь назад во тьму. Вскидываю приклад, стреляю вместе со всеми остальными. И ещё один фонарь покатился по полу.
Бросаю оружие и, пригнувшись, убегаю обратно в холл. Произведённого эффекта было достаточно для того, чтобы за моей спиной поднялась паника. Слепые выстрелы, мечущиеся источники света, кашель и агония. Конечно, ведь Митинский призрак сейчас где-то здесь, среди вас.
За это время в баррикаде образовался достаточно широкой проход. Небо, видневшееся сквозь прореженные завалы, уже подёрнулось предрассветным заревом.
— Осы! Туда! За машины!
Девчонки без лишних слов полезли по одной в проход наружу, пока бесы пытались его ещё хоть немного расширить.
Пока я бежал до укрытия, Денчик высунулся из-за прилавка и выпустил мне за спину болт. Перескочив через поваленный стол, я обернулся и увидел, как на полу рядом с тёмным проходом скорчился выбежавший оттуда шмель. Выронив ружьё и фонарь, он рефлекторно схватился за торчащий из живота болт.
Теперь в сторону загазованного коридора смотрел не только арбалет с обрезом, но и мой трофейный револьвер. Паника в тёмном проходе затихала. Сейчас газ рассеется и сюда доберутся стрелки с крыш. Их, если верить близняшкам, не меньше трёх десятков. Нужно прижать их всего на пару минут...
В противоположном проходе — том, где уже почти затихли искалеченные гранатами шмелиные пехотинцы — показались первые языки пламени, быстро распространявшегося по пластиковым и деревянным витринам.
Первые лучи фонарей, принадлежащие постовым с крыши, показались в проходе со стороны «Ашана». Кольт грохнул в первый раз. И стрелки, только что готовые смело выбежать в холл, тут же передумали. Фонари перестали светить из прохода — похоже, что все расселись по укрытиям. Пройдёт не меньше минуты, пока кого-нибудь не отправят приказами и пинками вперёд. Разведать обстановку в холле.
За эту минуту наружу выбрался ещё десяток девчонок. Последний выстрел револьвера подарил нам ещё не меньше половины минуты.
— Бесы — наружу! — Следом за последними осами в проход полезли пацаны в масках. — Кира, Денчик, приготовиться!
Забрав у крюка арбалет, я прикрыл их отход, выпустив болт темноту коридора. В кассете оставался ещё один. И ещё несколько секунд в запасе, прежде чем стрелки поймут, что больше здесь бояться некого.
Пожар уже вовсю гудел и трещал по киоскам и магазинчикам внутри круглого холла.
И когда в проход начал протискиваться я, Кира встретила меня у выхода, прижимая к боку обрез:
— Пригнись!
