Плотный месяц выдался у графа. Тут зовут на день рожденье. Тут надо защитить честь страны на Универсиаде. А еще кто-то постоянно сует палки в колеса репутации. Ну не гад ли? Вот и Лора говорит, что гад.
Какого это, когда тебе звонит лично глава государства? Вот и я не знал до сегодняшнего дня. А тут целый царь Петр. Вот только судя по интонации, он явно хочет не похвалить за выполненную миссию.
Я немного опешил, соображая, что ответить. Сказать правду? Соврать?
— Добрый день, Ваше Императорское Величество, — максимально вежливо поздоровался я. — Тело ушло на органы для одного важного для меня человека.
И это не совсем ложь. Я бы даже сказал, что девяносто процентов правды тут была.
— Вот как… — Кажется, он мне не поверил. — Что там делала моя дочь?
Резкая смена темы мне опять ввела в ступор.
— Она путешествовала с нами, — просто сказал я.
Кажется, царь хотел узнать больше информации про ее несанкционированную отлучку.
— Подробнее.
В голосе не чувствовалось никакой агрессии. Простой вопрос, на который он хотел получить ответ. Но почему-то мне показалось, что если я не отвечу, у меня будут проблемы.
— Ваше Императорское Величество, что именно вы хотите узнать?
— Что моя дочь делала в Северной Империи?! — повысил он голос. — Что случилось во дворце?
— Она разве вам не рассказывает? — удивился я.
— Я хочу послушать тебя, — немного сбавив обороты, сказал он. И да, я не считал невежливым обращение ко мне на «ты». Все же он правитель, и ему позволено общаться с подданными его страны так, как он считает нужным.
Пока, мне была непонятна агрессия, хотя, может, мне показалось. У него взрослая дочь, которая вполне в состоянии и сама ответить.
— Командиром операции был Александр Есенин. Я не думаю, что смогу достаточно внятно рассказать вам…
— Граф Кузнецов, — прервал меня царь. — Хватит. Я хочу услышать от вас, что произошло в портальном метеорите. Это единственный момент, про который не рассказывает Екатерина.
— Ах вы об этом, — улыбнулся я. — Там случилась небольшая проблема с ловушкой инверсии.
— Екатерина сказала, что на тебя она не действовала.
Хм. Значит, она даже такие нюансы рассказала? Любопытно послушать полный ее отчет. Но все же это не особый секрет, так что…
— Почему это не действовала, — хмыкнул я. — Очень даже. Просто я быстро адаптируюсь.
— Ты раньше бывал в подобных лабиринтах?
— Нет, первый раз.
В трубке повисла пауза, и казалось, что царь Петр думает.
— Ясно, — наконец, произнес он. — Спасибо, что спас мою дочь.
В его голосе было что-то похожее на мягкость.
— Не стоит, ваше Императорское Величество. Все же каждый на моем месте поступил бы так же.
— Не каждый, Михаил. Далеко не каждый, — казалось, он ухмыльнулся. — Тебе выделят кое-какие преференции. С тобой свяжется мой секретарь.
— Благодарю, — я хотел сначала отказаться, но Лора вовремя замахала руками.
— Всего доброго, граф Кузнецов. Следите внимательно за телом и не забывайте смазывать экзоскелеты, — и он отключился до того, как я что-то ответил.
У меня было странное ощущение от нашего общения. Что, по сути, он сказал? Что хотел бы получить тело Валеры? Или узнать, что с ним случилось? Узнать про мою силу? Как я спас его дочь? Естественно, в конце он напомнил, что ему все обо мне известно, и что можно даже не пытаться играть с царем в загадки. Странный человек.
Но все же какие-то бонусы за спасение Екатерины мне перепадут. Уже хорошо.
Я залез в лимузин к друзьям, которые смиренно делали вид, что не подслушивали наш с царем разговор.
— Уши грели? — прищурился я.
— И давно тебе звонят цари? — язвительно заметила Вика, выражая общее настроение.
— Недавно, да настолько, что только сегодня первый раз, — пожал я плечами, садясь рядом с Машей.
Но остальные продолжали на меня пялиться.
— Чего?
— Что он хотел?! — крикнул Женя, и никто не стал на него шикать, потому что все хотели знать подробности.
— Поговорить про миссию, что еще-то?! Ну и про Валеру, — улыбнулся я. — Все, можете пытать, но больше я вам не могу рассказывать. Секретность и все такое. Думаю, вы понимаете!
Конечно, никто не накинулся на меня в попытке выведать новую информацию, но некоторое время я выслушивал в свой адрес тихое ворчание. В основном это был любопытный Дима и Маша.
Только Арнольд не до конца понял, с кем я разговаривал. Он был увлечен мясной нарезкой.
Кицуня, тем временем, довольный бегал по салону, прыгал то к одному, то к другому на колени. И что лично меня удивило — к Фанерову он ластился чаще всего. Пытался лизнуть его в лицо и укусить за палец. Женя же сначала делал вид, мол: «Фи, что за невоспитанное животное?» Но к моменту приезда в Красноярск уже вовсю хихикал с лисом. Со стороны это выглядело странно. Он что-то шептал моему зверьку, и оба радостно дергались. Н-да… Мне его иногда не понять.
Когда мы въехали в город, нас встретила пасмурная погода. Тяжелые тучи постепенно заполняли небо, и вот-вот должны были разразиться ливнем.
Да вылета дирижабля еще около двух часов, так что когда кто-то из ребят предложил остановиться в ресторане, никто не был против.
