Сейчас же всё население турбазы, на территории которой обосновалась Настя, составляла она сама, мы с Алиной да небольшой отряд амазонок во главе с Альфой-один. Прицепившись к нашей «Маленькой надежде», лодка боевых девчонок везла на себе груз, состоявший из закатанного в банки тушёного мяса с фермы Чёрного отряда и трёх мешков муки из элеваторов саратовского речпорта. И в данный момент Альфа командовала погрузкой ящиков, наполненных свежей зеленью, которая успела созреть на островной плантации. Вместо суровой командирши энгельсским гарнизоном батальона теперь управляла Бета-два. С Джоном, в качестве стороннего консультанта.
Командир амазонок гордо отказалась от моей помощи в погрузочных работах, сославшись на то, что в Вольске её бойцам никто помогать не будет. И пусть привыкают. Отряд из трёх девчонок, не считая командира, больше чем на половину состоял из новых энгельсских рекрутов.
По совету Славы, Настя удобрила свои и без того плодовитые илистые огороды компостом из дохлых жор. После чего редис, к примеру, созрел на несколько дней раньше обычного. А размер красных корнеплодов при этом достигал параметров куриного яйца. Остальная зелень тоже росла не по дням а по часам. Поэтому амазонкам было что погрузить.
Помимо провианта, боевые девчонки везли на вольскую базу большой моток кабеля и один из винтажных телеграфных аппаратов, с помощью которого нужно было наладить постоянную связь с северным оплотом нашей небольшой цивилизации. С саратовской стороны все нужные монтажные работы уже были выполнены.
Кроме этого, в лодке амазонок лежала небольшая коробочка с несколькими инъекторами — для тех, кому в их вольском подразделении вот-вот должно было стукнуть восемнадцать.
— Киль-то починили? А то ж без него черпанёте воды при сильном ветре. — Настя подсела к котелку и принялась мешать густой рыбный суп, подбрасывая туда мелконарезанный укроп и зелёный лук. Аромат варева, смешиваясь с дымком от костра, пьянил не хуже пива, которым мы понемногу угощались с позволения радушной хозяйки острова.
— Конечно. В Чёрном отряде инструменты нужные нашлись. — Наблюдая за тем, как горит огонь, течёт река и трудятся амазонки, я испытывал просто-таки тройное наслаждение. — А хозяйственные магазины-то почти нетронутые. Шпатлёвка, мастика, герметик — всё что хочешь. Только руку протяни. Сделали в лучшем виде. И царапины замазали.
— Так классно, когда парус тянет, а не просто мотор! — Убедившись, что никому сейчас не нужна её помощь, Алина активно делилась впечатлениями от первой в жизни поездки на яхте. — Необычно... Ничего не тарахтит, а вдруг вперёд как потянет! Он ещё так хлопает, парус... Я даже испугалась немножко, думала может что сломалось...
— Эх... Надо тоже себе парусник надыбать. — Опустив крышку котелка, островитянка отсела от очага, примостившись на сидушке напротив нас. — А то загреблась уже гребсти всё время... Ручищи вон как у мужика уже...
Продемонстрировав нам крепкие натруженные предплечья, Настя достала из посылки от кадетов очередную банку пива и щёлкнула ключом:
— Алинка, ты чё не пьёшь? Неужто он тебе не разрешает?
— Да я... Не знаю... Можно? — Девочка смущённо посмотрела на меня.
Я махнул рукой:
— Давай, только понемногу, для аппетита. Крепче спать будешь. А то завтра вставать рано.
— А вы чё, хотите за один день прям до Балакова доплыть? — Отхлебнув из своей банки, Настя подкинула другую Алине. Ловко поймав банку, девчонка принялась бороться с ключом.
— С таким грузом и прицепом, да против течения — вряд ли. Завтра нужно до захода солнца доползти хотя бы до излучины у Маркса. Амазонки хотят Маркс по пути разведать. Судя по этой книжке, — я указал на «Лоцию...» которую листал до того, как Настя присоединилась к нашим посиделкам, — тут около шестидесяти километров по фарватеру. А мы ещё и немного в объезд поплывём. По Березняковской воложке. Чтобы из Маркса нас не было видно.
— Ну рано или поздно же всё равно заметят, когда мимо пойдёте... В чём прикол? — Настя хохотнула, заметив, как Алина, наконец, справилась с ключом банки и пшикнула себе прямо в лицо.
— Сначала мы их заметим. Если есть кого, конечно... — Наблюдая за тем, как девчонка спешно вытирает свою моську, я тоже невольно улыбнулся. — Высадимся на правом берегу, около Березняков. За поворотом. И прогуляемся по утёсам до Хлопковой горы. Знаешь такую?
— Неа...
— Прямо напротив Маркса через Волгу высокий утёс. Красиво там... Вот с него и разведаем, что там да как в городе. Ты вот когда сюда плыла — что видела?
Настя отхлебнула пиво и пожала плечами:
— Да чё-то ничё такого... Там затопило всё, островки тоже под воду ушли — одни деревья торчали. И дома, которые у берега — в воде наполовину. Хотя сейчас вроде уровень немного спал.
