Застрекотали очереди и бетонную колонну тут же покрыли десятки попаданий, откалывая куски камня слева и справа от меня. Пара осколков немного посекла лицо. Нужно добраться до дверей, иначе сейчас прямо передо мной выбегут те, кого я только что прижимал последними выстрелами в ленте.
Дождавшись падения интенсивности ответного огня, я ответил очередью вслепую, высунув оружие из-за угла не глядя. И тут же выбежал из-за колонны с противоположной стороны, пока ответный огонь покрывал выщербами и рикошетами ту сторону, из-за которой я стрелял.
Прыгнув в укрытие за следующий толстый бетонный столб, я успел заметить примерное количество противников со стороны «Словакии». Вспышки выстрелов в темноте исходили из десятков различных точек — в близи прохода и издалека. Идти туда на прорыв точно не получится. Ну, по крайней мере, между мной и ближним выходом из-под арки теперь хоть какое-то укрытие…
Из-за этого самого ближнего ко мне угла тут же послышался приближающийся топот группы бойцов в тяжёлых ботинках. И произошло именно то, на что я надеялся — как только преследовавшие меня «лётчики» выбежали со стороны реки, развернув в мою сторону оружие, их встретила не только моя неприцельная однорукая очередь, но и выстрелы тех, кто стрелял в арку со стороны гостиницы.
Пули срезали пару подростков, отбросив их дёргающиеся от попаданий тела назад, а остальные запрыгнули обратно за угол, залегли за испещрённой колонной или просто попадали на асфальт, истошно вопя:
— Свои! Не стрелять! Свои!!!
В перерывах между обстрелом их услышали и пальба остановилась. И во время возникшей непонятки я получил возможность продвинуться вперёд к входным дверям, расстреляв по пути остатки магазина по залёгшим невдалеке бойцам.
— Бля, чё за хуйня! Сказали же не стрелять!
— Да это красные! Обратно съёбывают! Вали их!
Нырнув в дверной проём, я проехался пузом по полу, а двери за моей спиной мгновенно изрешетило десятками пуль со всех сторон.
Глотая ртом воздух я поднялся и захромал мимо кассовых переборок в сторону знакомой лестницы — старые раны начали о себе напоминать тупой болью в ноге и плече. И, уже поднимаясь по ступеням обратно к пулемётному гнезду с двумя трупами, я услышал с улицы грозные окрики ломающихся голосов:
— Э, краснопёрые! Вам пизда! Слышали? Ваши зассали вас вытаскивать! Кинули вас тут, мудилы!
Значит в темноте они так и не поняли, с кем имеют дело. Если бы поняли, может и не лезли бы вслед за мной. Но не соваться же теперь к ним на глаза. Ладно, пока вы непонятно с кем ведёте переговоры, у меня будет несколько лишних секунд…
Как я и надеялся, в рюкзаке у трупа пулемётчика обнаружилась ещё одна коробка с лентой семёрок, которую я и не искал раньше, спеша вывести кадетов из ловушки. Должно хватить. Главное суметь перезарядиться — никогда раньше этого не делал с такими стволами…
Подёргав пустую коробку в разные стороны, я присмотрелся, быстро сообразил принцип крепления и отомкнул её. И тут же открыл и обратным движением приделал полную — интуитивная простота этого действия удивляла. Всё-таки мало что на свете столь же прекрасно, как боевое оружие. Ведь в нём нет ничего лишнего. А вещи, лишённые лишних элементов в дизайне и конструкции, всегда выглядят идеально.
Вытянув край ленты, я уложил первые три патрона под крышку патронника и пристукнул по ней сверху. Они ложились в отведённые гнёзда просто сами собой. Лязг, хруст и щелчки смертоносного металла сливались в великолепную мелодию. Слушал бы и слушал…
Но некогда. Голоса снизу, предлагавшие мне сдаться, почему-то предлагали в обмен вовсе не пощаду, а наоборот — всяческие немыслимые кары. И теперь затихли. Сейчас будут штурмовать. Интересно, есть ли у них грана…
— Ф-ФОМП!
Есть.
Входное помещение подо мной сотряс взрыв боеприпаса, выпущенного внутрь из гранатомёта. И тут же несчастные кассовые переборки начали расстреливать длинными очередями, надеясь добить оглушённых гранатой противников.
Пока стрелки внизу развлекались добиванием несуществующих кадетов, я поднялся и побежал по коридору туда, где ранее укрывались спасённый мною отряды. Коридор заканчивался тупиком, от которого в обе стороны отходили двери — какие-то офисы. Один с окнами на реку, другой — на гостиницу «Словакия». В этом офисе на полу остались кровавые следы от раненых кадетов. Значит, подо мной сейчас должна быть арка, полная озверевших гопников.
Осторожно выглянув на площадь между зданием Речного вокзала и гостиницей, я заметил, как среди припаркованных автомобилей аккуратно разворачивается знакомая зелёная «буханка» — задними дверями навстречу атакующим незнакомцам. Должно быть ты здесь, ублюдок красноглазый… Вышел бы хоть на секунду из своего бронедрандулета, уж я бы не промахнулся отсюда…
