Искренне пытаюсь последовать совету подруги, но, как назло, сон упорно не идет. Все прокручиваю в голове прошедший день, вспоминаю его в деталях, но почему-то всплывают только эпизоды, связанные с Сашей.
Ни общее впечатление от фирмы, ни от их генерального, ни даже снова заметивший меня Ваня. Ничего. Одни моменты с Александром, будь он неладен! Искренне надеюсь, что у него тоже бессонница сейчас.
Сразу возникает в голове его образ лежащего на постели без рубашки и в одних низкосидящих на бедрах спортивных штанах. Одна его рука закинута за голову, благодаря этому очерчивается рельеф мышц. А сам он смотрит задумчиво в потолок своим стальным безумно притягательным взглядом.
Ааа! Нашла, что представлять и о чем фантазировать! Как теперь, тем более, спать после таких картинок.
Ерзаю попой на ставшей вдруг слишком большой кровати и не замечаю, как проваливаюсь в беспокойный сон, в котором меня снова преследует Александр. К счастью, полностью одетый, а не в том соблазнительном виде, что я нафантазировала сама себе.
Нет, на этот раз он в костюме, смотрит серьезно и как-то немного угрюмо, что ли. Смотрит молча и смотрит, а мне становится не по себе, боязно, тревожно, даже мурашками вся покрываюсь.
– Почему ты такая? – вдруг спрашивает он.
– К-какая такая? – заикаясь, отвечаю.
– Красивая и злая.
– Злая? Это я-то злая? Ты ничего не путаешь!? Я тебе ничего не успела сделать плохого. И вообще, на себя посмотри, – справедливо парирую.
– Успела, – качает он головой, – к сожалению, успела. Давно только очень.
– Что?
– Вспомни! Ты должна все вспомнить! Вспомни! – хватает он меня за руки, прижимает к себе и кричит, постепенно переходя на монотонный визг, отдаленно напоминающий звук моего будильника.
Резко открываю глаза и сажусь. Это что только что сгенерировало мое сознание!?
Надо ли уточнять, что настроение у меня с самого утра сформировалось препаршивое. Не выспавшаяся, окончательно добитая непонятным сновидением – прямо все условия для того, чтобы стать сегодня работницей месяца. Даже костюм красивый надевать не хочется, старые джинсы и растянутая футболка куда милее состоянию души.
Но разум и желание утереть всем нос пересиливают, и я при всем параде покидаю свою квартиру. С утра моросит дождь, словно выражая солидарность моему настроению, и я бреду, сосредоточившись на огибании ночных луж.
– Доброе утро, – здороваюсь со всеми подряд.
Люди кивают, кто-то отвечает ответным приветствием, кто-то игнорирует. А мне становится вдруг крайне неуютно здесь, неудобно, стеснительно даже как-то. Вроде второй день, не первый, когда надо мандражировать, однако же неуверенность решила накрыть именно сейчас.
– О, привет, помощница! – радостный возглас Кристины не добавляет мне энтузиазма, наоборот, сильнее горблюсь и молча занимаю стул рядом с девушкой, доставая телефон дабы скрыться в нем.
Периодически прилетают заказы на кофе, делим их по-честному на двоих, но подавляющую часть дня скучно. Александра я так и не видела, зато имела счастье встретиться с остальными практикантами, которые занимаются нормальной работой. Приносила им кофе. Счастливые округлившиеся глаза Марии можно считать последним снарядом, окончательно сломившим мою уверенность в себе.
– Аврора? – удивленно спрашивает Ваня, увидев меня с подносом в общем коридоре. – Ты что делаешь?
– А ты как будто не видишь! – шиплю на него. – Что встал! Иди, куда шел.
– Оказывается, меня еще не в самое худшее место определил этот напыщенный индюк, – задумчиво произносит он.
– С какой стороны посмотреть! Чисто номинально, у нас с тобой одинаковый уровень обязанностей.
– С чего бы это? Я документы важные доставляю, – приосанивается тот.
– А я полезный кофе разношу важным людям! – высоко задираю нос.
– Кстати, налей-ка и мне, пожалуйста, устал что-то, не выспался.
– Еще чего! Не буду я тебя обслуживать, катись отсюда разносить свои бумажки, – толкаю Ивана в бок и быстро ухожу к себе.
Урод! Негодую.
– Ты чего такая? – спрашивает Кристина, оторвавшись в кои-то веки от своего телефона.
– Да ничего! Вообще не понимаю, как ты можешь здесь работать! Это ж кошмар! Словно, словно служанка какая-то среди господ! – с трудом подбираю слова. – Я не понимаю, как может уважающий себя человек сидеть на этом дурацком стуле!
Вылив на ни в чем не повинную девушку скопившееся раздражение, понимаю, что чертовски перегнула сейчас палку. Я ровным счетом ничего не знаю о Кристине, какие у нее жизненные приоритеты, обстоятельства, сколько она получает, находясь здесь. Да и Аристарх Петрович подчеркивал вчера, как они любят переставлять сотрудников из отдела в отдел.
Откуда мне знать, может, ее не сегодня-завтра переведут выполнять нормальные задачи, а я со своей критикой. Да даже если и нет, не стоит включать снобизм, любой честный труд нужно уважать, как часто говорила мне в детстве мама, когда отец не замечал ее стараний по дому. А теперь я так некрасиво себя веду.
– Прости! Пожалуйста, прости, – тут же чащу, – не знаю, что на меня нашло. Ты тут совершенно не при чем! Я не права.