Странно, но сидящий напротив седой мужчина глядел с таким сочувствием, что мне захотелось рассказать ему всю правду. Начиная с того самого первого дня, который я сейчас готова проклинать и до полного краха. Когда меня не просто бросили, как ненужную вещь, а еще и унизили перед всеми друзьями, распуская мерзкие сплетни. Чтобы оправдать собственное ничтожество.
— Теперь поумнели?
Профессор спросил совершенно не то, что я ждала, и желание поплакаться пропало.
— Даже не сомневайтесь, — ответила даже слишком твердо, выпадая из образа старлетки.
— Это хорошо… — кивнул Михал Иваныч, все еще пребывая в какой-то задумчивости. Не то что в глаза, на грудь и то не смотрел. — Разумом, милая барышня, надо пользоваться как можно чаще. Поверьте опыту человека, разменявшего седьмой десяток.
Я промолчала, но лицо состроила самое внимательное и почтительное.
— Итак, не будем терять время напрасно, спрошу напрямую. На что вы готовы согласиться, если я решу вашу проблему с хвостами и, вообще, сдачей сессии?
«Чего? Вот так прямо, без обиняков?!»
Но, роковые слова прозвучали, и сейчас я либо должна встать и с гордым видом уйти, собирать чемодан в Крыжополь, либо… Либо согласиться на сделку, как бы мерзко от этого не было на душе. Черт! Неужели все мужики козлы и сволочи? Даже седые… Чтоб их…
— На все что угодно, профессор… — но от шпильки не удержалась. А с чего церемонится? Молоденьким любовницам и не такие фортели прощают. — Если оно, конечно, все еще надо человеку… разменявшему седьмой десяток.
О, задела! Профессор впервые за весь разговор удостоил меня прямым взглядом.
И взгляд этот был полон удивления.
— Простите, вы о чем?
А дурочку из меня делать не стоит. Или я все же ошиблась?..
— А вы о чем?
Профессор поскреб подбородок и наконец-то заметил то, что я демонстрировала ему с самого прихода. Бурно дышащую грудь, едва сдерживаемую туго натянутой блузкой. Заметил, оценил… и добродушно рассмеялся.
— Ах, вот оно что… М-да… Простите великодушно, но, как говорится, рада бы душа в Рай, да грехи не пускают. Я, милая барышня, в этом виде спорта уже лет пять как на тренерскую должность перешел. Но, за предложение, спасибо. Признаться честно, польщен. Весьма…
И снова засмеялся. А я почувствовала себя круглой идиоткой и... покраснела.
* * *
— Извините… Мне очень неловко… Я совсем не то…
— Бросьте, бросьте… — замахал на меня профессор. — Черт побери, это было весьма приятно. Последний раз, милая барышня, меня заподозрили в флирте со студенткой в одна тысяча… Ммм… Впрочем, это не интересно.
Приятно, говоришь? Ладно, подыграем. Как мама приговаривает при каждом удобном случае: «Маслом кашу не испортишь». Комплименты ведь не только нам нравятся. Ресничками хлоп-хлоп, глазки скромно в столешницу…
— Зря вы так… Михаил Иванович. Раз уж у нас с вами нечаянно такой… интересный разговор получился, скажу откровенно. Вы очень импозантный мужчина. И весьма привлекательный. И хоть я сама очень негативно отношусь к служебным романам, истории о профессорах и студентках, шефах и секретаршах не на пустом же месте возникли. Правда? И если бы мы с вами встретились при других обстоятельствах… Как знать…
— Умна, решительна, находчива… — профессор больше не улыбался, а глядел испытующе, как на экзамене. — За словом в карман не лезет. В меру бесцеремонна и слегка наг… ммм… беспардонна. А главное, даже внешность корректировать не придется. Положительно — это то что нам надо.
А вот сейчас совершенно ничего не понятно. Вроде, хвалит. Но как-то вскользь. Словно товар на полке выбирает. И нельзя ли поподробнее: кому надо и что именно?
— Решено… — Михал Иваныч захлопнул папку и веско припечатал ладонью. — Ваши проблемы, Евгения Брусникина, не соль уж необычны для вуза и вполне решаемы. Во всяком случае, я могу это сделать. А взамен хочу попросить неделю вашего времени. Если все получится с первого раза… В худшем случае — вы потеряете несколько недель лета. Но, тогда уже я буду вам признателен и должен. Согласны?
Да, е-мое! Сколько ж можно ходить вокруг да около. Или это он меня нарочно интригует? Чтобы любопытство здравый смысл заглушило и притупило осторожность?
— Профессор… Я заранее согласилась почти со всем, что вы можете потребовать, еще до того как вошла в кабинет. Так что в ответе не сомневайтесь. Но, ради Бога, нельзя ли конкретнее очертить круг моих… будущих обязанностей? Ведь не в чистом же виде время вы покупаете? Как ведьмы в сказке о потерянном времени... Или я ошибаюсь?
— Умна и решительна… — повторил Михал Иваныч. — Конечно, милая ба… ммм… Женя… Вы разрешите вас так называть? — дождался ответного кивка и продолжил. — Я обязательно введу вас в курс дела со всеми необходимыми подробностями. Но, не здесь, а у меня на даче. Так что если мы договорились по существу вопроса — пойдемте. Машина внизу… Не будем терять время попусту.
