Черт побери! Все же в перспективе замаячила дача. А что за дача без сауны? Решительно, ничего не понимаю! Ладно, посмотрим… Не маньяк же он, в самом деле? Что-то не приходилось слышать историй о пропавших студентках на нашей кафедре. Или он только сейчас рехнулся, весеннее, так сказать, обострение кризиса пожилого возраста? И мне повезло возглавить список его будущих жертв? Почему нет? С моим счастьем и не такое западло статься может. Да, ну… Бред. Впрочем, безопасный секс гарантирует не только презерватив в сумочке, но еще и газовый баллончик. В крайнем случае — лак для волос.
— Михаил Иванович, я же сказала — для вас, почти все что угодно. Но, я не рассчитывала задерживаться в Питере. Сессия закончилась. Соответственно в ближайшие два-три дня меня ждут дома. Не появлюсь — мама будет беспокоиться. Звонить в деканат. Хотелось бы предупредить их. Как считаете? Это возможно?
— И в чем проблема? — пожал плечами профессор. — Звоните. Объясните…
Скромно молчим и смотрим в пол. Пусть сам догадывается. Не маленький. А заодно и мне страховка.
— А-а-а, ну да… Причина… И не факт, что мама поверит. Хорошо. Наберите номер и дайте трубку.
Отлично! Лучше и не придумать. Никто не идет на преступление с открытым лицом и в собственной машине. Случись что… тьфу три раза! Его ж первого и возьмут за шкирку.
— Держите.
— Маму как зовут?
— Людмила Олеговна…
— Добрый день. Людмила Олеговна? Это профессор Тихонов вас беспокоит.
…
— Михал Иваныч, ага.
…
— Совершенно верно. Зам декана по научной работе.
…
— И мне очень приятно. Я вот по какому поводу беспокою. Мы хотим предложить вашей дочери принять участие в научной работе нашей кафедры. Но, поскольку исследования секретные, пока девушке не исполнилось двадцать, по закону, требуется согласие родителей.
…
— Не возражаете? Спасибо, Людмила Олеговна. У вас замечательная дочь.
…
— Бумаги оформим с начала следующего квартала. Бухгалтерии так удобнее. А сейчас мне достаточно устного согласия. Ага… И должен сразу предупредить, что в связи с новыми обязанностями, Евгении придется задержаться на кафедре чуть дольше… Возможно, до конца июня.
…
— Согласен… Тяжело. Но, наука требует жертв. А кроме этого — работа пойдет в зачет производственной практики. Так что все остальные каникулы девочка проведет дома. Ну и, не бесплатно, само собой. Как только оформим все официально, думаю, премию в размере полторы-двух стипендий, кафедра сможет выделить. Авансом, так сказать. В счет будущих свершений и открытий.
…
— Почему? Никакой случайности. Тестировали больше двух десятков студентов по данной специальности. И только по результатам тестов выбрали Евгению. Повторюсь, у вас просто замечательная дочь. Будущее, не побоюсь этого слова, светило науки.
…
— Спасибо. До свидания. Чуть позже Евгения даст вам рабочий телефон лаборатории. Если возникнут какие-то дополнительные вопросы, звоните в любое время. Рабочее разумеется… Или в деканат… Всего наилучшего.
Михал Иваныч нажал «отбой» и вернул мне телефон.
— Будут еще какие-то просьбы или пожелания?
— Взять пару-тройку мелочей из квартиры…
— На даче есть все необходимое, — отмахнулся профессор. — От зубной щетки до… бритвенных принадлежностей.
Поглядел на меня… и улыбнулся.
— Извини, Женя. Чисто мужская поговорка. Но там действительно есть все. В крайнем случае, закажем с доставкой в магазине. У нас очень хороший супермаркет. Поехали? Дорога не близкая. А время не ждет. С каждым лишним днем, с каждым часом задача усложняется. А удача — наоборот, отворачивается.
Михаил Иванович решительно встал из-за стола, обошел вокруг и протянул руку.
— Можем идти?
Смотрел он спокойно и уверенно. Взгляда не прятал и казался уставшим. С таким лицом и взглядом в койку зовут только спать. А, если я все же ошибаюсь в профессоре, то максимум что от меня потребуется — погладить его по голове и спеть колыбельную.
— С удовольствием.
Профессор галантно открыл дверь, и мы вышли в приемную деканата. Странно, но несмотря на воскресный день, Катя, секретарь декана была на рабочем месте. Бинго! Считая вместе со звонком маме — это вторая страховка.
— День добрый, Михал Иваныч.
— Привет, Катенька. Если Петрович будет спрашивать — я на даче.
Секретарша перевела на меня взгляд и понимающе улыбнулась. Уж кому-кому, а ей не надо было объяснять, зачем студенток вывозят по выходным загород.
— Хорошо. Передам. Личное дело Брусникиной у вас?
— Да. В кабинете. Пусть еще полежит.
— Как скажете, Михал Иваныч. Приятного отдыха.
Ей явно хотелось что-то еще прибавить, более острое, а мне — в таком же духе ответить, но профессор толкнул дверь в коридор и чуть не силком выставил меня наружу.
— Женечка, я вас умоляю. Вам действительно важно, что эта расфуфыренная девица подумала о нас с вами? И потом, если позволите, напомню, что не далее как полчаса тому, ваши мысли практически ничем не отличались. Так что давайте не тратить душевные силы на разную ерунду. Поверьте, скоро они вам понадобятся без остатка и для гораздо более важной цели.
