Минуты три он оторопело разглядывает меня, а потом начинает подниматься из-за парты, нарочито медленно. Давая мне время оценить его атлетически сложенную фигуру. Тут же начинаю ощущать себя царевичем Гвидоном, в его бытность комариком. Только в отличие от него, моя участь будет незавидной.
— Выбирай сам, куда тебя бить, — Родя говорит на редкость спокойным голосом. – В глаз или в ухо? Что предпочтешь: ослепнуть или оглохнуть?
— Знаешь, меня как-то ни та, ни другая перспектива не радует. Может, поищем альтернативный вариант? – Вы не думайте, я совсем не такой смелый. Это у меня реакция на опасность такая. Что-то типа: помирать так с музыкой, запевайте братцы.
— Можно и альтернативный. Тогда станешь импотентом и пойдёшь в гарем евнухом работать.
Родион улыбнулся и кровожадно уставился на мой пах. Мне почему-то под его взглядом стало неудобно, и я покраснел. От расправы меня спас звонок на урок и верите, я впервые в жизни был ему несказанно рад.
Родя.
Меня записали в голубые. Это меня-то. Самого брутального парня в школе. И самое главное кто?! Парень с внешностью мадонны! Я со злостью швырнул рюкзак на кровать в своей комнате. Ну, я этому заморышу покажу. Будет знать, как нарываться.
Если честно я сам не понимал, с чего это так распсиховался. В принципе, сам подставился. Мало того, что начал с комплиментов, так и потом не угомонился. Вот на кой хер я ему про глазки с ресничками впаривать начал? Самое главное, искренне так. С восхищением. Нет, но глаза у него действительно потрясающие. Почти фиолетовые, в пол-лица. Так, Родион Владимирович, а вот это уже клиника. Падаю на кровать, и со злости бью подушку кулаком. Я не гей, просто люблю всё красивое. А этот Олег у меня дождётся. Буду завтра из него натуральную отбивную делать, с кровью. На этой успокоительной ноте провалился в сон.
Глава 3
Олег.
Ненавижу звонок будильника. Даже если вместо противного и раздражающего писка будет играть красивая мелодия, я всё равно буду её ненавидеть. Я - сова, а меня упорно пытаются переделать в жаворонка и заставить вставать в шесть утра. Занятия в школе начинаются с восьми. Натягиваю на голову подушку, чтобы не слышать раздражающего звука. Я вообще сегодня в школу не пойду. Там Родион, который пообещал меня прибить. А я так понимаю, что он из тех людей, которые держат свои обещания. Назойливый писк прекращается, и я опять уплываю в царство Морфея, но поспать не дали. Мама слишком хорошо меня знает. Чувствую, как с меня сдёргивают одеяло:
— Вставай, лежебока! В школу опоздаешь.
— Ну, мамочка, ещё пять минуточек, — ною я, пытаясь вернуть одеяло на место.
— Никаких пяти минуточек, подъём. Быстро умываться и завтракать. Мне на работу пора. А Маринка в областной центр поедет.
— Опять в модельное агентство? Ей ещё не надоело? – встаю и покорно топаю в ванную, в коридоре встречаю старшую сестру, которая окидывает меня недобрым взглядом. Маринка меня вообще тихо ненавидит. Дело в том, что она с пятнадцати лет мечтает стать моделью, только вот внешность у неё самая обычная: нос курносый и веснушки — единственное, что оказалось на уровне, это волосы. Густые, золотистые, но и они дело не спасают. В прошлом году я как-то один раз сдуру съездил с ней в агентство. Минут пятнадцать, сидя за дверью, слушал, как она ныла и унижалась, давая представление из серии: "ну, возьмите меня". В конце концов, не выдержал и, заглянув в кабинет, проорал:
— Марин, хватит, а? Пошли отсюда. Неужели сама не понимаешь, что тебе ничего не светит.
— Молодой человек прав, вам здесь ловить нечего. А вот ему, — специалист по подбору кадров поднялся из-за стола и подошёл ко мне, обошёл кругом, осматривая, как породистую лошадь. И, прищёлкнув языком, произнёс:
— Молодой человек, хотите поработать моделью? С такой внешностью, как у вас, успех гарантирован.
С той поры Маринка меня ненавидит и при каждом удобном случае начинает ныть:
— Мама, почему всё так несправедливо?! Да, я бы за такую внешность, как у моего братца, душу дьяволу продала. Он же парень, зачем она ему?
Вот и я всё время думаю, зачем?
Родион.
Люблю утро. Просыпаюсь сам, мне даже будильник не нужен. Зарядка, водные процедуры, завтрак. Сумка собрана ещё с вечера, а точнее сказать, я её и не разбирал. Единственное, что плохо — уроки, конечно, не выучены. Будем надеяться, что пронесёт (не в смысле, что в туалете на унитазе сидеть придётся, а в смысле, что к доске не вызовут и проверять не будут). Выбегаю во двор и направляюсь к школе. На улице сегодня здорово: лёгкий морозец, который, однако, не заставляет убыстрять шаг. В ушах наушники, из которых звучит любимая мелодия. Красота.
Подходя к школе, замечаю нашего новенького в окружении трёх одиннадцатиклассников. Непроизвольно замедляю шаг, выключаю плеер и начинаю прислушиваться к разговору.
— Нет, пацаны, вы посмотрите какая конфетка. Девушка, не хотите прогуляться? — парни ржут, а Олег вздыхает, видимо уже привык к такой реакции.
