Устраиваясь рядом с Джун, Фостер случайно направила свет налобного фонаря на переднюю спинку кровати и заметила вырезанную на дереве надпись, сделанную, скорее всего, каким-то недоумком, не имеющим никакого уважения к прошлому и озабоченным лишь увековечиванием имени своей подружки: «ЛАНА».
Вытянуть ноги – какое удовольствие! А вот термальное белье насквозь пропиталось по́том и теперь не согревало, а охлаждало. Девушка расстегнула фиолетовую парку «Мунстоун» и розовую флисовую толстовку.
– У меня вода в рюкзаке. Можно ее достать? – попросила она похитителей.
– Стю, ты обыскал их рюкзаки в Абандоне? – посмотрел Айзея на своего подручного.
Его люди сидели возле камина, держа пленников на прицеле.
– Да, обыскал. Рюкзаки в порядке, – заверил его Стю.
Лоренс шагнул в открытый дверной проем рядом с входом в комнату хозяина.
– Что там? – спросил Айзея.
– Гардеробная Барта.
– А сукин сын неплохо здесь устроился…
Оба мужчины исчезли в огромном встроенном шкафу. Эбигейл не видела отца, но слышала, как он простукивает стены.
– Если пробить эту, мы окажемся в офисе Барта, – донесся до нее его голос.
– Ну так давай убедимся в этом, – предложил Айзея.
– Я сделал замеры. В комнатах по эту сторону коридора ничего необычного нет. Они полностью соответствуют оригинальному архитектурному плану. А теперь иди за мной…
Лоренс и Айзея выбрались из гардеробной и вернулись в коридор. Через пару секунд Фостер снова услышала голос отца, но уже звучащий невнятно, и очередную серию постукиваний.
Освободившись от лямок, журналистка пошарила в рюкзаке и достала бутылку «Налджин» с водой, набранной из того безопасного участка реки, где накануне вечером Скотт удил рыбу. Каждый раз, вспоминая проводника, Эбигейл видела его умирающим в вестибюле гостиницы.
Вода, холодная и чуточку сладковатая, не имела ничего общего с той отдающей свинцом дрянью, что вытекала из крана в ее нью-йоркской квартире. Глотая воду, девушка старалась не обращать внимания на скользящую у нее по груди красную точку прицела.
В спальню хозяина вернулись Лоренс и Айзея.
– Прошлым летом я провел тщательное обследование гостевой комнаты и ничего в ней не обнаружил, – говорил Кендал. – Но я знал, что между ней и комнатой Пакера есть неучтенное пространство, и готовился осмотреть вторую, когда появились люди из Службы охраны лесов. Разрешение на нахождение здесь у меня отсутствовало, а поскольку штраф полагался изрядный, я предпочел убраться.
Он подошел к громадному платяному шкафу справа от входа, ухватился за него и попытался отодвинуть от стены. Но тот, похоже, был привинчен к полу.
– У нас есть гранаты, – сказал Айзея.
– Хочешь снести все крыло?
Лоренс открыл дверцы шкафа, забрался внутрь, и Эбигейл услышала, как отец тычется там то туда, то сюда. А спустя пару минут в шкафу раздалось что-то вроде «ага!».
– Вот это мне нравится, – улыбнулся Айзея. – Что у тебя там, малыш?
Ответ Лоренса прозвучал глухо.
– Здесь вся задняя панель… – он крякнул от усилия, – …сдвигается.
В подтверждение этого из шкафа вылетела и грохнулась на пол деревянная панель.
Айзея тоже заглянул в гардероб.
– Посмотри-ка! Ты гений, Ларри. – Он ткнул пальцем в Эбигейл. – Иди сюда. Ты можешь нам понадобиться. Там слишком узкий проход.
Девушка поднялась, прошла через комнату и, встав рядом с Айзеей, посмотрела в шкаф. За снятой панелью обнаружилась черная стальная дверь размером два на три фута.
– Похоже, тут какое-то серьезное дерьмо, – сказал Айзея. – Надеюсь, ты сможешь ее открыть. Это в твоих же интересах.
– Есть плохая новость – здесь блокировочное устройство. Из восемьсот шестидесятых годов. Четыре замка, для которых требуются три различных ключа. – Лоренс ощупал замочные скважины. – Замок со штырьковым реверсивным механизмом. Цилиндрический замок… И еще два разных замка.
– Вот дерьмо! – выругался Айзея. – Придется все же бросить сюда пару гранат.
– Не пойдет. Если это дверь того типа, который я подозреваю, – профессор постучал по дверце костяшками пальцев, – то она сделана из десяти стальных листов, каждый толщиной в одну восьмую дюйма. Но есть и хорошая новость.
– Не томи, Ларри!
– Видишь? Три из четырех замков уже открыты. На нашем пути только один сувальдный замок.
– Так что мы будем делать?
Лоренс посмотрел на Айзею:
– Мне нужна гарантия.
– Гарантия?
– Последние десять лет я потратил на то, чтобы найти то, что здесь находится. Теперь я готов добровольно от всего отказаться…
– Рад слышать.
– …если ты гарантируешь, что никто из нас не пострадает. Пообещай, и я обеспечу тебе проход.
– Я пообещаю, и твое сердечко успокоится?
– Да.
– Хорошо, Ларри. Ты обеспечиваешь мне проход туда, и вы все уходите из этих гор.
– Это правда?
– Ставишь под сомнение слово морпеха?
Лоренс бросил на пол рюкзак, расстегнул «молнию» внешнего кармашка и, порывшись внутри, достал какой-то предмет и подставил его под свет налобного фонаря.
Это был длинный зубчатый ключ.
Айзея ухмыльнулся под маской.
– И где же ты его добыл?
– Нашел в сейфе в кабинете Барта прошлым летом. Твердой уверенности, что он откроет этот замок, у меня нет, но тип ключа, по крайней мере, подходящий.
