Здесь обыденное переплетается с невиданным. Здесь слова обретают плоть, здесь у времени свои законы, здесь в глубинах вод ждут своего часа зловещие чудовища, здесь на равных с людьми живут диковинные созданья. Здесь воды моря Изабелла омывают двадцать пять островов, ни один из которых не похож на другой. Здесь столько чудес, что даже местные жители не знают отгадок на все загадки. Это — Абарат.Вторая часть планируемой тетралогии, продолжение приключений Кэнди Квокенбуш, Кристофера Тлена и остальных персонажей первой книги.Награды — Bram Stoker Awards, 2005 в категории "Подростковый роман".
Я видел сон, где говорил на языке другого.
Я видел сон, где в теле жил чужом.
Я видел сон, где был в себя влюбленным,
Я видел сон, где с тигром был знаком.
Я видел сон о Рае, что внутри был,
И каждый вдох рождал прекрасный сад.
Во сне я знал все имена Творений,
И имя их Творца мне снилось в звездопад.
Я видел сон, и этот сон чудесный
Мне говорил, что все это — не сон.
И мы с тобой прожить тут можем вечность:
Ты — в моем сердце, ну а я — в твоем.
К. Б.
Вот краткий список страшных вещей:
Зубы акулы, скопище вшей,
Жадный укус бешеных псов,
Голос того, кто давно уже мертв,
Но страшнее их всех — зеркала взгляд,
И дни, что уже не вернутся назад.
Отто Живорез сидел в темной комнате и слушал разговор двух созданий, которые его сюда привели: трехглазого существа по имени Лазару и его приятеля Малыша Розовый Глаз, игравших в углу в «побей дьявола». После двадцати двух игр нервозность и раздражение Живореза значительно выросли.
— Сколько мне еще здесь ждать? — спросил он.
Малыш Розовый Глаз, у которого были большие когти рептилии, а лицо как у безумного младенца, закурил синюю сигару и выдохнул в сторону Живореза облако ядовитого дыма.
— Тебя прозвали Крест-Накрест, да? — спросил он.
Живорез кивнул, смерив Розовый Глаз холодным взглядом, каковой обычно заставлял людей слабеть от страха. Однако это создание он не впечатлил.
— Думаешь, ты страшный? — спросил Малыш. — Ха! Это Горгоссиум, Крест-Накрест. Остров Полуночи. Здесь происходила любая темная, немыслимая вещь, что когда-либо бывала в ночной мгле. Так что не пытайся меня напугать. Только время потеряешь.
— Я просто спросил…
— Да, да, мы слышали, — сказал Лазару, чей глаз в центре лба беспокойно вращался. — Наберись терпения. Повелитель Полуночи встретится с тобой, когда будет готов.
— У тебя для него какие-то срочные новости? — спросил Малыш Розовый Глаз.
— Это конфиденциально.
— Предупреждаю, он не любит плохих новостей, — произнес Лазару. — Начинает впадать в ярость. Верно, Розовый Глаз?
— С ума сходит! Рвет людей голыми руками.
Они заговорщически посмотрели друг на друга. Живорез ничего не сказал. Они просто пытались его напугать, но это не сработает. Он встал и подошел к узкому окну, откуда открывался нездоровый вид на Остров Полуночи, светящийся от гниения. В этом смысле слова Малыша были правдой. Горгоссиум действительно являлся местом ужасов. Он видел множество блестящих чудовищ, ползавших по замусоренному пейзажу; чуял остро-сладкий дым благовоний, поднимавшийся из мавзолеев на укутанном туманами кладбище; слышал резкий шум дрелей в копях, где добывали грязь для армии заплаточников Острова. Хотя Живорез не собирался демонстрировать Лазару и Розовому Глазу свое беспокойство, он будет только рад, когда доложит о своем деле и покинет это пугающее место.
Позади него раздалось перешептывание, и через секунду Лазару сообщил:
— Принц Полуночи готов с тобой встретиться.
Живорез отвернулся от окна и увидел, что дверь в дальнем углу комнаты открыта, а Малыш Розовый Глаз жестами просит его войти внутрь.
— Быстрей, быстрей, — торопил младенец.
Живорез подошел к двери и остановился на пороге. Из темноты комнаты донесся голос Кристофера Тлена, низкий и безрадостный.
— Входи, входи. Ты как раз вовремя, чтобы посмотреть кормление.
Живорез последовал на голос Тлена. В темноте возникло мерцание, которое постепенно усиливалось, и по мере роста яркости он увидел Повелителя Полуночи, стоящего метрах в десяти от него. Он был одет в серую мантию и кольчужные перчатки, сделанные из тонких мелких металлических колец.
— Немногие это видели, Крест-Накрест. Мои кошмары проголодались, и я собираюсь их покормить. — Живорез вздрогнул. — Смотри сюда! Не в пол!
Крест-Накрест неохотно поднял глаза. Кошмары, о которых говорил Тлен, плавали в голубой жидкости, заполнявшей высокий прозрачный воротник вокруг его головы. Из основания черепа выходили две трубки, через которые появлялись кошмары, выплывая прямо из его глубин. Они были похожи на длинные нити света, но в их неустанном движении, в том, как они сновали туда-сюда в воротнике, иногда касаясь лица Тлена, а чаще прижимаясь к стеклу, чувствовалось нечто, говорившее об их голоде.
