Змейка и сама впала в некий ступор и по-новому взглянула на зверя, но размышлять сейчас было не время и не место, поэтому я выдернул подругу из этого слабого транса.
— Пойдём, — громче, чем нужно, сказал я, быстро возвратив ей чистоту разума.
Она кратко кивнула и вновь повела меня по коридорам, что словно змея постоянно извивались.
Не знаю, сколько мы блуждали и сколько раз мне приходилось посылать своего верного спутника на преследующих нас приспешников арены, но мы наконец выбрались. Когда я увидел свет в конце коридора, то несказанно обрадовался и сразу рванул навстречу свободе.
Солнце сразу ударило в глаза, немного слепя, но после стольких дней в сырых комнатах арены я был несказанно рад почувствовать его слабое тепло, что нежно касалось моей кожи. На улице было прохладно, и солнце совсем не жгло.
Оглянувшись, я не заметил своей змейки, что все время до самого выхода сопровождала меня. Я попытался осмотреться, найти её взглядом, но ничего. Её словно никогда и не было, словно все было лишь моим воображением. Но тогда я точно знал, что не бредил. Нунду так и оставался со мной, подтверждая, что все вокруг меня было реальностью, а пропажа змейки являлась либо её инициативой, либо фактом того, что её кто-то поймал.
Стоило ли мне возвратиться, чтобы отыскать её, или все же стоило бежать дальше? Мог ли я позволить себе вернуться? Змейка как-то жила там, знала, как покинуть то место и знала проход, словно проходила его не один раз. Может ли быть так, что она не просто очередная заключённая, а одна из них? Но тогда какой резон ей помогать мне? Действительно…
Ха… Чёрт с ней, пора уходить, ведь я даже имени её не знаю. Буду надеяться на нашу встречу в будущем…
Путешествие до дома было отнюдь не простым. Я был непонятно где, а добраться до родной Англии было сложно и уже было достаточной головной болью. Слава магии, у меня был Нунду, и я смог воспользоваться транспортным потенциалом своего четвероногого партнёра. С ним путешествие выдалось в разы проще.
Сначала я бежал в случайных направлениях, пока не понял напрасность своих действий, ведь на протяжении нескольких дней я не смог обнаружить признаков человеческой жизни. Пришлось обратиться к магии, которую я раньше не использовал, но, по крайней мере, у меня была теоретическая база, что позволила за пару дней активной практики при помощи духа и большого количества терпения освоить её. В процессе освоения этих знаний я всё же смог понять, как провести нужный мне ритуал.
— Ты уверен что это сработает? — спросил я у Серила, что предложил именно этот вариант.
— Так точно. Это один из самых простых ритуалов, что сделает именно то, что тебе нужно, — отвел он прямым словно струна голосом.
— Ладно… — отозвался я, не став выражать сомнений.
Для ритуала было нужно немного: магия и кровь. Этот ритуал назывался:обнаружение близких кровных связей. Для этого мне нужна была моя кровь, а моей целью было обнаружить сестру.
Пару раз повторив заклинание в уме, я нашёл небольшую пещеру, где можно было комфортно провести ритуал, и приступил к воплощению своей задумки.
В тихой, тёмной пещере, освещённой лишь мерцанием нескольких магических огней, я стоял в круге, начертанном собственной кровью. Моё дыхание замедлилось, но сердце продолжало биться ровно. В руке пульсировала свежая рана, капли крови напитывали линии ритуального круга. В центре круга, на небольшом алтаре стояла наспех сделанная чаша, до краёв заполненная кровью.
— Sanguinem meum dono magiae, ut veritatem cognoscam! (Мою кровь отдаю магии, чтобы познать истину) — произнёс я твёрдым голосом, пропитанным уважением. Тело сразу ощутило лёгкий жар: тепло растекалось по грудной клетке, пробегая от кончиков пальцев и по всему телу. Линии круга начали наполняться багровым светом, смешиваясь с магией, становясь немного бледнее и теряя свой ярко-красный окрас. В комнате запахло металлом и немного озоном.
Я поднял взгляд к чаше. Её слабое, пульсирующее свечение стало интенсивнее, как будто она отвечала на мой зов. Вдохнув глубже, я продолжил:
— Flammam vitae accendo, iter sanguinis revelo! (Зажигая пламя жизни, я путь крови открываю)
Голос эхом разнёсся по пещере. Слова, казалось, вызвали отклик — из чаши вырвался мягкий золотистый свет, который стремительно окутал меня. Жар стал сильнее, словно невидимые нити облепили и связали меня с чем-то неосязаемым. Я услышал шёпот, тихий и приглушённый.
Завершающая фраза сорвалась с моих губ почти сама собой: её словно прошептали мне сами духи, что собрались стать свидетелями моего ритуала, а может просто поживиться дармовой энергией.
— Tenuem vocem sequor, sanguis me trahit!(Следую за слабым зовом, кровь ведёт меня)
И тут же моя грудь наполнилась странным чувством, будто что-то внутри потянулось вперёд в определённом направлении. Чаша вздрогнула и вспыхнула как маяк, перед тем как погаснуть и развеяться прахом. Свет ритуального круга сорвался с линии, вырвавшись наружу, оставив за собой тонкий багровый след, словно указывая путь. Но путей оказалось несколько, а не один.
