— Почти все правда, — рассказали нам о результатах, потому что мэр-то все видел, в отличие от подслушивающих под окном.
— Да быть того не может! — искренне отнекивался предмет обсуждения.
Вряд ли он лишится поста, но плешь у него точно расширится.
С чувством выполненного долга я уже собиралась покинуть место подслушивания, но к мужским голосам наверху добавился женский.
— Господа, ваш чай. И пирог.
Нора. По непонятным причинам к приходу проверки секретаршу заменила жена мэра. Похвастаться, наверное, ее красотой хотел. Ну ничего, сдается мне, она из тех, кто умеет извлекать из любой ситуации удовольствие.
Предвкушение заставило меня остаться на месте.
Проверяющие, конечно, были злы, но голодны они были больше.
Стук составляемых с подноса чашек отозвался улыбкой.
Короткая тишина…
— Что это?!
— Какая гадость!
— Кто посмел утверждать, что провинциальные жены вкусно готовят?!
— Варенье жжется!
— В моем пироге… таракан?!
Мы с Эли согнулись пополам от хохота. Насладиться моментом мешала разве что необходимость зажимать себе рты, чтобы нас не услышали.
Топот.
Грохот.
Кажется, господа проверяющие совершенно не чинно убежали выплевывать то, что успели сунуть в рот.
— Дорогая? — голос мэра звенел и вибрировал от злости.
— Понятия не имею, что случилось с едой. — Выдавать фальшь за естественность Нора умела не хуже муженька. — Будто испортил кто-то.
Главное, на меня не подумают. Романтичные ведьмы по определению пакостными не бывают.
С удовольствием послушала бы дальше их балаган, но пора уходить, пока нас не заметили.
Правильной идеей было зайти в кофейню и проглотить любимый тыквенный латте с куском чизкейка, потому что дома точно было не до заботы о желудке. Еще подходя к нему, мы увидели выходящего Дотта. Он закинул спортивную сумку на плечо и, не замечая нас, направился в противоположную сторону.
— Эй! — окликнула я. — Не меня ищешь?
Ответ предполагался только положительный, но мага хлебом не корми, дай обмануть ведьму в лучших ожиданиях.
— С чего ты взяла?
— Ты вышел из моего дома…
С сумкой.
При чем тут вообще сумка?!
— За вещами приходил, — с видом, будто делает мне великое одолжение, пояснил Дотт. — Не весь дом твой.
— А?!
— Я тоже снимаю здесь комнату.
Жителям Лельшема представился уникальный шанс видеть ведьму и отвисшей челюстью. На мое счастье, улица в этот момент была пуста. А Дотт… меня еще не в таком виде лицезрел, чего уж там.
— В замке места недостаточно? — Это был мой вопрос, но задала его Эли.
Мыша вонзила когти в плечо, приводя в чувство.
Еще один сосед на мою голову в шляпе! Даже дома от них не спрячешься!
— Там отлично, но у нас есть правила. — Дотт скривился, весьма наглядно выражая свое отношение к дурацким запретам. — Начальство боится, что куратору так понравится жизнь в роскошном доме подозреваемого, что он собьется с пути служения закону.
— Правильно, — ухмыльнулась Эли, — а то слишком вольготно ты себя чувствуешь в замке. Можно подумать, родился там и право имеешь.
Ой. У него уголок рта дернулся.
А я наивно считала, что только ведьмы окружающих до нервного тика доводят. И то фигурально выражаясь.
— Отвали, — буркнул Дотт, поправил сумку на плече и зашагал прочь.
Миг я раздумывала, отловить его и хорошенько допросить или убить Лайона за то, что скрыл такого соседа. Но тут подоспела вторая часть справедливости в облике потрепанного жизнью мужика.
В форме, это важно. Тоже, правда, потрепанной.
— Госпожа ведьма! Госпожа ведьма!
Надо же, вежливый.
Только лишь поэтому я повернула голову.
— Вас женить? — попробовала угадать, почему это ко мне так мчатся.
— Спасибо, я уже, — виновато улыбнулся мужик… и нервно замахал руками. — Разводить тоже не надо!
Никто и не предлагал, если что.
Тип в форме добрался до нас, отдышался.
— Госпожа ведьма…
— Что? — рявкнула так, что Эли отступила на шаг.
— Я это… от мэра.
Ой.
Коготочки опять впились в плечо, а моя рука непроизвольно потянулась вцепиться в Эли.
Попались? Неужели попались?!
— У него там напакостил кто-то, — объяснял тем временем посланец. — В кабинете. Мэр злой, ух! Ему от проверяющих знатно влетело. А один их этих проверяющих вообще к целителям попал.
Наверное, тот, которому рот чем-то обожгло. Но я к происшествию не имею ни малейшего отношения.
— И что? — спросила совершенно безразлично.
— Мэр завет вас, — поскреб макушку мужик. — Чтобы разобрались, значит.
Серьезно? Чуть не подавилась от хохота!
— Я не такая ведьма! — А внешне осталась невозмутимой и непреклонной.
— Он хорошо заплатит, — понизив голос, сообщил посланец. — Соглашайтесь, госпожа ведьма. С ним такая щедрость редко приключается. И это… мстительный он.
Посопротивлявшись немного, но ровно столько, чтобы не вызвать лишних подозрений, я все же пошла. Забавно и упоительно приятно было сначала выторговать у мэра увеличение оплаты услуг не по профилю втрое, а потом рассказать сказочку про завистников, много завистников, от которых накопилось много черной энергии. Именно она в ответственный момент и сработала.
