Зал украшали подсвеченные алым скульптуры из стекла, столы ломились от еды, а слух ублажало пение флейт. На гостях были изысканные наряды, среди которых Кора могла насчитать с десяток таких, что запросто переплюнули бы по стоимости нынешнюю квартиру Сониных у площади Восстания.
Сама Кора надела платье прямого силуэта, из фиолетового шелка и с голой спиной. Единственным аксессуаром стали тяжелые золотые браслеты в виде пауков на предплечьях. Волосы Кора распустила, и теперь они тяжелой пепельно-русой волной укутали плечи. А отдельные пряди то и дело путалась и цеплялись за украшения при каждом удобном случае. Обе вещицы были подарками отчима.
Из-за них возникла смешная ситуация. На выходе из общежития Кора столкнулась с ошалевшим почтальоном, который пришел по указанному адресу не смог найти нужный дом и проходил кругами целый час. В руках бедолага держал огромную коробку. Рядом лежала записка матери: «Это подарок от папули. Не вредничай!»
Тогда жутко захотелось надеть коробку на голову ни в чем не повинного посыльного, повторив опыт древних полководцев, которые карали гонцов за дурные вести. Но по итогу все оказалось не так уж и плохо. Кора получала удовольствие, гуляя по огромному особняку, расположенному в десяти километрах от Чеховска, могла потанцевать, съесть кучу заморских деликатесов, и никто из приглашенных гостей даже и не думал с ней знакомиться.
Устав от шума, Кора вышла на террасу и с трудом влезла на мраморные перила. Сквозняк грубо обдувал ссадины на локтях, заставляя думать о случившемся.
Пришлось рассказать все. Кора открылась друзьям, потратив на объяснения много времени. Она не боялась, что те не поверят, скорее наоборот – и потому покорно ожидала разрыва.
Каково же было удивление, когда вместе с рыдающей от сильных чувств Настей Кору бросились обнимать все: и сестры, и Шпрот с Вовкой. И Тим. Это было похоже на мыльную оперу. Они не винили Кору, лишь сочувствовали ее участи. А самой даже не получилось пустить слезу – таким сильным оказалось облегчение.
Прошло время. След жмора медленно стирался из памяти. Его гнилостное влияние больше не отравляло жизнь Насте, и на дневной работе наступил покой. А вечером компания собиралась у старого дуба и жребием решала, кому какое задание надо будет выполнить. Теперь они помогали духам общежития вместе. И это было самым удивительным.
Кора поняла, что улыбается. Видения сгинули, и предсказания существ из подвала больше не волновали. Она была не одна.
– Скучаешь? Я вот точно скучаю. Все такие гладенькие, свеженькие… Тьфу! Даже в могиле, небось, розами будут благоухать, – едко прошипел Гвидо, материализовавшись рядом. – Не кажется ли достойнейшей из смотрительниц, что сие общество нам не по рылу?
– Сам просил тебя взять. Чего теперь жалуешься?
Гвоздь из каморки теперь лежал в кармашке клатча.
– Я? Просил?! Ну да, просил. Но ты ведь не разрешаешь поджигать шторы и ронять люстры на головы гостей, а это делает мое пребывание здесь абсолютно бессмысленным. Слышишь? Мне скучно! – Призрак почти проорал ей в ухо. – И как там продвигаются поиски? Ты уже нашла ниточки, ведущие к моей истории?
– Я очень стараюсь, старый ты ворон, но… Все сложнее, чем я думала. Пока результатов нет.
– Да-да, без проблем, – сразу поник напарник. – Ты только ищи, а я подожду.
– Зайчонок!
Лиза озорным вихрем ворвалась на балкон. Она сжимала в руке бокал шампанского и заливисто смеялась над шуткой очередного незнакомца. Золотые волосы уложены в виде короны, изумрудный взгляд полон счастья и сытости.
– Ты чего спряталась, прелесть моя? Тебя все обыскались.
– Даже интересно, кого ты имеешь в виду под словом «все»?
– Не язви. – Лиза спугнула духа, заняв его место. – Просто папуля хочет рассказать о тебе друзьям: какая ты умница, как усердно работаешь и развиваешься. Он даже готов показать твои картинки влиятельным людям. И слезь-ка с ограждения, не то расшибешься.
Настроение моментально испортилось. Кора выдохнула и четко проговорила:
– Во-первых, не нужно меня никому нахваливать. Во-вторых, это всего лишь второй этаж, а внизу бассейн. И в-третьих, он мне не отец!
Лиза пропустила рявк мимо ушей.
– Опять сидишь на кофейной диете? После нее ты вечно нервная и мнительная. Просто Павлуша очень хочет наладить с тобой контакт, он даже…
– Что? – не утерпела Кора.
– Он хочет, чтобы ты переехала сюда. Это так мило! Сможешь вплотную заняться творчеством и перестать перебиваться подработками! Разве не чудесно?
– Нет.
– Подумай о перспективах. Здесь ты сможешь жить на широкую ногу, как мы всегда и мечтали.
