Да, всё же мне определенно повезло с классом!..
— Харви, теперь давай медленнее! — сказал я, застегивая сумку и закидывая её за плечо.
В момент, когда хотел перерубить шею исчадия небес, меня настигла довольно очевидная и в то же время гениальная идея, заключающаяся в том, что сейчас перерезать нити смысла нет. Причин для этого имелось минимум три: полученного опыта не хватит ни на следующий уровень, ни для покупок на аукционе; если погибну, то системная валюта попросту сгорит; чуть позже я подниму параметр мультипликатора и тогда заработаю больше. Итог: лучше не спешить.
Нести шнурки в руках посчитал нерациональным, в инвентарь они не убирались, а карманы на доспехах отсутствовали. Мне понадобился какой-нибудь предмет, в который я мог бы складировать их, потому залез в машину и, игнорируя истерзанное тело, выдернул подходящую вещичку.
— Ррра?
— Делай всё постепенно. Понимаешь?
— Ррра, — неуверенно прорычал зверь.
Я в третий раз вскарабкался на питомца. В принципе, расстояние до дома было не столь велико, и я мог добраться своим ходом, но ирбис домчит меня быстрее. К тому же требовалась тренировка в наездничестве: с данным навыком пока что были проблемы.
Скорость призванного снежного барса, если судить по древу развития, сильно уступала современным автомобилям. Всё бы ничего, но магическое животное нарушало законы трения и момент инерции. Различные спорткары постоянно мерились в показателе времени разгона до сотни километров в час, но здесь Харви уделывал любую современную технику: старт выходил моментальным.
Сперва я, с предвкушением забравшись на спину, приказал мчаться к семье. Зверь не сдвинулся ни на миллиметр. Понял, что всё дело в набитой электроникой сумке, вес которой превышал параметр тягловости. Выбросив два бесполезных ноутбука, я снова произнёс: «Скачи!» Через мгновениепитомец рванул, а мои широко расставленные ноги проскользили по его шерсти. Я успел среагировать и не упасть.
Следующая попытка вышла более неудачной. Памятуя о прошлом казусе, я схватился за густой мех (перед этим, правда, убедился, что зверю это не доставляет дискомфорта). Характеристика мощи позволяла держаться так крепко, что разжать мои пальцы смог бы только крайне сильный человек.
Поговаривают, что пилоты «Формулы-1» испытывают столь сильные перегрузки, что неподготовленная личность, окажись она в болиде, потеряет сознание за какие-то мгновения. Это случилось и со мной. В глазах потемнело, а через миг я ощутил себя лежащим в сугробе. Если судить по снежной колее, то после падения меня протащило метров на семь. Хорошо ещё, что ничего не сломал…
Теперь же, убедившись, что нити опыта не пострадали, я увещевал Харви, чтобы он набирал темп постепенно, а не сразу демонстрировал чудеса проворности.
— Двигайся шагом. Без резких рывков и прыжков. Давай.
Псевдоразумный питомец внял моей просьбе. Лапы неспешно засеменили по белому покрывалу.
Мы прошли рядом с репликой, которую я переместил в более незаметное место, затем мимо ёлки, под которой валялась куча тварей, и выбрались на прямую дорогу.
— Теперь в четыре раза быстрее, — сказал я, рассуждая, что в следующий раз, когда буду активировать заклинание, стоит сотворить немного иной шаблон: добавить более удобное сидение, сделать небольшую спинку, сформировать подставки для ног. Прежде чем получу идеал, понадобятся десятки попыток, но у меня впереди, если, конечно, не обнулюсь, целая вечность.
Ирбис слегка ускорился. При этом у меня создавалось впечатление, будто нахожусь не на туше зверя, а на байке, едущем по ровному асфальту. Никакой болтанки, тряски или хотя бы вибрации не наблюдалось.
— Ещё быстрее! — произнёс я, готовясь столкнуться с показавшейся из-под снега бетонной плитой.
Снежный барс ловко перемахнул через препятствие. Следом резко вильнул в сторону, огибая дерево.
— На поворотах немного плавнее, — предупредил я. Вираж чуть не сбросил меня, но я всё же смог удержаться в отсутствующем седле.
Я постепенно наращивал темп передвижения, а через пару минут уже мчался так, как не смог бы бежать своим ходом. А ведь параметр мощи уже позволил бы побить все мировые рекорды.
Через километр заметил группу фигур, раскачивающихся в мистическом трансе. Тут же уши уловили предвкушающий рев и вновь заработала аутосенсорика. Монстры припали на четвереньки и бросились наперерез.
— Давай туда! — я, следя за таймером, указал в сторону навсегда замершей фуры. Через полторы минуты питомец должен был исчезнуть из этого пласта бытия.
Заснеженная дорога забирала вверх, но на Харви это никак не отразилось. Создавалось ощущение, что и обледеневшие горные хребты для него не станут помехой — впрочем, когда-нибудь я и этот момент проверю.
— Немного медленнее! — проговорил я, чувствуя, что тупоголовые твари, которые не могли угнаться за нами, теряют интерес.
