Но им, глупцам, невдомёк, что дамы уже сделали свой выбор:
— Эти братья такие классные, что я никак не могу понять, кто из них мне нравится больше! — заявляет красотка с разбавленными корейскими генами по имени Эйпл.
— Беленький круче, у него такие мужские руки!!! — закатывает глаза Мэнди.
Мэнди — худосочная американка англосакского происхождения — местная, короче. Мне нравится её мелирование и белозубая улыбка. И да, она немножко красивее меня. Больше ничего примечательного в ней нет. Но даже при таком наборе активов что, ради всех святых, она нашла привлекательного в моём брате?
Задумываюсь на пару секунд и, призвав всю свою объективность, отмечаю, что таки да — брат не уступает Эштону, просто он не в моём вкусе. И да, я согласна с Мэнди и Эйпл: мои братья — самые интересные во всех смыслах.
Одна только у меня проблема: они мои братья!
Эмма усмехается, затем запрокидывает голову и затягивается сигаретой.
— Софи, поделись секретом, чем привлечь твоих братишек? — Эйпл заглядывает в мои глаза со странноватой улыбочкой.
И вот мне не жалко поделиться информацией, но этот её белозубый оскал…!
— Ну… Эштон любит скромность, девственность и недоступность, — отвечаю с умным видом. — А Алекс обожает быть снизу… ну, не только в прямом смысле, главное — в плане доминантности!
Девицы охают, Эмма ржёт в голос, но я стараюсь звучать убедительнее:
— У него в детстве травма была… ну, психологическая, он с тех пор предпочитает отдавать инициативу в женские руки. Путь к его сердцу лежит через плёточку и БДСМ!
Эйпл и Мэнди смотрят на меня некоторое время, пытаясь сообразить, правду я говорю или стебусь, но мои глаза выражают собачью искренность, и эти клуши ведутся: скидывают майки и плывут попытать счастья с двумя другими объектами охоты. Пару минут спустя Марго присоединяется к ним, я жду, что и Эмма начнёт раздеваться, но этого не происходит.
Мулатка затягивается, затем медленно выпускает дым, не отрывая при этом от меня своих сощуренных глаз.
— Интересно наблюдать за тем, как образовываются пары… — задумчиво изрекает она. — Одно из самых таинственных и восхитительных действ…
— Что именно? — уточняю.
— То, как две энергии находят друг друга. Как распознают, как стремятся слиться в один поток…
Ничего себе, думаю, глубина личности! Я уже почти хочу Эмму себе в подруги!
— Хуже всего, когда на одну энергию приходится две или более соперничающих…
Так. К чему это она клонит?
— Эти самки уже выбрали своих самцов, — снова усмехается, указывая кивком головы в сторону бассейна.
Изображаю мину недоверия, но моя собеседница никак не реагирует на проявленное неуважение.
Вдруг она резко вскидывается, хватает кисть моей руки и буквально ударяет меня своим взглядом. Но я не отскакиваю — Эмма держит мои глаза так крепко, что я буквально чувствую, как её горячий взор сканирует моё сознание, выворачивая всё сокровенное, неприглядное, постыдное наружу… Колючий холод ползёт по моей спине, я хочу вырваться, но не могу даже пошевелиться…
Спустя время, которое я почему-то не могу осознать и измерить, цепкая смуглая рука отпускает меня так же, как и миндалевидные зелёные глаза. Эмма продолжает меня рассматривать, но теперь её взгляд ничем не отличается от обычного человеческого.
— Легко заметить очевидное, но самое интересное глубоко спрятано от посторонних глаз.
— Что, например?
— Всё то же.
— Уточни! — прошу.
— У нас тут неплохая компания подобралась: интересные девушки, достойные парни. Роскошное место, приятный совместный отдых…
Ага, ну да, в доме моих родителей, на их террасе, куда они никогда не пускают посторонних!
— Каждый из присутствующих меньше всего заинтересован в судьбе несчастных наркоманов, ежедневно помирающих на грязных улицах Сиэтла, вдали от нежных глаз обеспеченной прослойки. Для всех нас эта тема — лишь повод проявить себя и привлечь своим огнём мотылька… Каждый, независимо от глубины ума и своего содержания, в первую очередь жаждет одного — обрести пару. И не важно, на одну только ночь или на весь свой жизненный путь, но это — первое, что нас заботит.
— Это нормально. Такова природа человека…
— В природе человека — заблуждаться, совершать тысячи больших и маленьких ошибок, большую часть которых кому-то придётся прощать, но есть и такие, простить которые нельзя, невозможно…
Она опять затягивается… И вот не знаю почему, но почему-то мне это кажется странным. Затянулась — выдала мысль, затянулась — высказала суждение, и так по кругу, словно ритуал какой-то!
— Никто из девяти пребывающих в добром сознании людей не отдаёт себе отчёта в том, что среди них уже есть целых две истинные пары.
Мои брови взлетают:
— Серьёзно? Кто?
— Алекс и Марго.
Меня сотрясает внезапный нервный смешок:
— Мой бабник-брат не сводит своих глаз с тебя! Так что, это всё полная чушь.
— Алексу нужна сильная женщина, намного сильнее его. Издеваясь над незваными гостями, ты и сама не знала, как метко обозначила мужскую суть своего брата. Он в поиске и уже давно, но его цель не так проста в достижении: образ матери.
— Что?!
