— Эй, Малфой, ну что же ты припадочный такой? Может, остановимся? — вмиг посерьезнев, предложил Гарри. Он и представить не мог, что его слова вызовут подобную реакцию. — Переключись, — скомандовал он, — и подумай о чем-нибудь приятном.
— Увы, я не думаю о чем-то одном, — Скорпиус сбавил скорость и дотянулся до коробки с батончиками. — Но есть одна вещь, которая заботит меня больше, чем даже эта мерзость, — он искоса посмотрел на Гарри и неуверенно предложил: — Сэр, почему бы вам не съесть один? Если вы примете мою таблетку, то все полностью усвоится. Только тогда есть сегодня больше ничего не надо.
— Ты предлагаешь, чтобы за весь день я съел одну шоколадку? — переспросил Гарри. — И это говорит тот человек, который вполне способен уплести слона. Не-е, я уж лучше дотерплю до ближайшего населенного пункта и поем так, чтобы потом можно было поесть еще, — безапелляционно заявил он. — Но.. за заботу спасибо, — закончил Гарри, с благодарностью посмотрев на Скорпиуса.
— В таком случае давайте поймаем форель, — заявил Скорпиус и решительно дал по тормозам. — Еще ведь утро, можем уделить завтраку полчаса, — с этими словами он вышел из машины и тут же аппарировал, не дав Гарри возможности высказаться по этому поводу.
Вернулся он минут через десять, держа одной рукой под жабры огромную рыбу устрашающего вида, а другой — большой кусок соли-лизунца.
— Представляете, мистер Поттер, тут не водится форель, — поделился он своим открытием. — Пришлось экспериментировать с названиями, и это, кажется, какой-то местный сом.
— Скорпиус, ну ты даешь, — широко улыбнулся Гарри и снисходительно покачал головой. Это ж надо было только додуматься притащить целого сома! — Но честное слово, в этом не было необходимости, если только... — и тут Гарри запнулся, поражаясь новой догадке и... собственной недалекости.
"Если только ты сам не проголодался", — хотел проговорить он. И скорее всего, так оно и было. Наверняка, из чувства какой-то ложной скромности Скорпиус просто постеснялся напомнить ему, что завтракать он привык гораздо более существенно, нежели проглотить пару батончиков.
— ... в общем, готовить его будешь ты, — выдал, наконец, Гарри, прервав повисшее молчание.
— Не думаю, что это сложно, — Скорпиус поднял палочку и парой "Секо" вспорол рыбе брюхо. Избавившись от внутренностей, он превратил соль в порошок каким-то неизвестным Гарри заклинанием, хорошенько посыпал им все внутри и наложил на рыбу сложные витиеватые чары. Как Гарри понял, они были сродни тем, что накладывают зельевары на свои котлы, чтобы зелье медленно кипятилось без всякого огня. В данном же случае под ними на глазах запекалась гигантская рыба. — Думаю, минут десять, и можно будет есть, — Скорпиус довольно оглядел результат своих стараний. — Точнее сказать не могу, потому что не знаю. Я, правда, не уверен, что она вкусная, — он чуть погрустнел и посмотрел на Гарри так, будто заранее извинялся.
— Судя по запаху, — Гарри нарочито с шумом втянул воздух, — должно быть вкусно. Очень... — он подошел к Скорпиусу со спины, мягко обнял его, скрестив пальцы на подтянутом животе, и положил подбородок на его плечо. — Спасибо тебе, — прошептал в самое ухо и легко коснулся губами шеи, наслаждаясь теплым ароматом нежной кожи.
Реакция Скорпиуса была вполне предсказуема — он смутился, и ухо, в которое шептал Гарри, мгновенно заалело.
— Не за что, сэр, — выдохнул он. — Надеюсь, вам понравится.
В его голосе действительно прозвучала надежда, и Гарри только сейчас подумал, что, возможно, отправляясь за рыбой, Скорпиус думал вовсе не себе. Все-таки, еда представляла для него нечто большее, чем просто утоление голода, да и сам голод грозил чем-то похуже урчащего желудка. И вполне вероятно, Скорпиуса очень тяготила мысль о том, что он, Гарри, мучается, не поев вовремя.
— Да нет, Скорпиус, есть за что, — произнес Гарри. — За многое, — шепнул в светлый затылок и прижал Скорпиуса к себе. — А рыба, — он кивнул в сторону румянящегося сома, — мне уже нравится. Даже несмотря на то, что до полной готовности ей еще далеко.
Скорпиус накрыл его руки своими и повернул голову, находя губы в благодарном поцелуе. На этот раз возбуждение не зашкаливало, и поцелуй был скорее чувственным, чем страстным, и Гарри это нравилось. Как, видимо, нравилось и Скорпиусу, потому что стоял он так, неудобно выворачивая шею, до тех пор, пока от рыбы перестал идти жар, что означало, что спали наложенные чары. Тогда он неохотно оторвался от Гарри и, сорвав прутик, проткнул им толстую кожу.
— Готово, — объявил торжественно.
Трансфигурировав валяющиеся на земле пожухшие от солнца листья в тарелки, Гарри обдал их очищающими, затем разрезал рыбу и положил себе кусок, вдвое превышающий размером его обычную порцию. Переедать, а тем более на голодный желудок, было ни к чему, но он просто не мог отказать себе в удовольствии — от головокружительного аромата едва ли не подкашивались ноги. А вкус вообще был выше всяких похвал — в меру жирная, сочная и невероятно нежная, рыба таяла во рту, оставляя приятное послевкусие.
