– Ладно, – вздохнул Шаленый. – Ну, в общем, были у меня, как опять же говорится, серьезные намерения по части «Альтер Эго» того... И тут Коппер до поноса, как говорится, перетрухнул. Верно, у него в банк этот хорошие денежки вложены были... Стал меня пугать – стрелку мне забил. Тогда-то я с ним лично и познакомился. Но я человек из тех, которых пугать не надо. И на своем остался. На том и приключений на афедрон свой поимел на полную катушку...
– Как вы выразились? – с веселым удивлением осведомился Дорн, – «На свой афедрон»?
– По-гречески это... – мрачно пояснил Шишел. – А может, по-латыни... Вы, са-а-аг, этим в словаре поинтересуйтесь. А я, извините, при разговоре с легавыми материться не привык.
– Простите, я достаточно хорошо сведущ в древних языках и в словаре не нуждаюсь... Просто меня удивил сей термин в ваших устах...
– Санитаром мне бывать приходилось. В местах невеселых... – неопределенно пояснил Шишел. – Вот и поднабрался...
Он помолчал немного. Затем продолжил:
– Так вот – о приключениях... Стреляли в меня дважды. То ли пугали, то ли стрелки были криворукие – не скажу. Но отделался легким испугом. И лишней дыркой в организме. Дыру, впрочем, зашили как надо – и не вспоминаю теперь. Медицина здесь у вас на высоте... А потом элементарно заложили меня. Под засаду подвели. Как раз когда я на дело пошел. Но я им тут карты попутал. По правде сказать, меня подельничек-то тот дурной и выручил. Струхнул, что и сам загремит под колокольню, если я попадусь. В общем, решил и нашим и вашим. Ну, такие вещи добром не кончаются – исчез он потом. Растворился. Я говорю – всерьез растворился, может... В кислоте или в какой другой химии... Коппер такие вещи, говорят, любит. А я решил, что шутки плохи, и на Трассу подался – по найму. Ксива у меня хорошо выправлена была, и на проходящий кораблик до Квесты меня охранником взяли. Ценный груз везли – камушки с Шарады... Х-хе...
Шишел усмехнулся какому-то своему воспоминанию. Но тут же подавил усмешку. Дорн успешно сделал вид, что не заметил абсолютно ничего. Он потер лоб и, тщательно подбирая слова, пояснил:
– Медицина на Терранове, как вы отметили, действительно стоит на высоте. В том числе и подпольная... И «черный» траффик трансплантатов – хороший бизнес для тех, кто неразборчив в средствах. Им занимаются несколько преступных группировок. Но у Копперхеда была своя специфика... Несколько странная. Он занимался наименее трансплантируемой тканью – мозгом Торговлей головами, как это стали называть. На его счету около десятка жертв. Причем все это сопряжено еще с какими-то манипуляциями со страховкой и правами наследников... Кстати замечу вам, что вы проявляете непростительную для человека вашего... гм... рода занятий наивность, когда полагаете, что Копперхед беспокоился о вложенных в «Альтер Эго» деньгах или ценных бумагах. Такие веши надежно страхуются от грабежа. Он хранил в этой фирме нечто другое. Не знаю что. Возможно, какие-то документы...
– Это вы верно заметили, – согласился Шишел. – Только теперь это – дело давнее. И ничего уже не вычислишь...
– Я думаю, что это материалы, связанные с контрабандой трансплантационного сырья и со страховыми аферами, – пояснил Дорн. – Эти аферы в свое время сильно повредили репутации здешнего бизнеса. Впрочем, все это на время прекратилось, после того как мерзавца арестовали. И возобновилось пару месяцев назад. Для вас в этом главное то, что вы оказались напрямую в одном с Достархановым бизнесе. И то, что он восстал из ада. Не знаю как. Ясно одно: вы теперь конкуренты, и опасность для вас возросла многократно. Думаю, что скоро вы выйдете друг на друга. И лучше, м-много лучше, – если первым выйдете вы на него, а не он на вас.
– Вот это здорово! – с досадой воскликнул Шишел. – Я то, грешным делом, подумал, что если уж вы его засняли, так он или в камере, или хоть под колпаком у вас... А оказывается, здешние копы только художественной фотографией занимаются...
Снова тик тронул щеку Дорна.
– Понимаете, все не так просто, как вам кажется. Во-первых, у этого типа прекрасно выправленные документы. Разумеется, не на имя Достарханова. А арестовывать человека только за то, что он чей-то двойник, не принято... К тому же Достарханов уже в розыске не числится. По причине своего отсутствия на этом свете.
– А может, и впрямь двойник? – с надеждой в голосе спросил Шишел. Дорн вздохнул.
– Этому можно было бы только порадоваться. Но, к сожалению, судя по проявленной им активности – по кругу лиц, к которым он явился, по тем вопросам, что он задавал, ну и так далее, – это именно он. Ну и потом – это во-вторых – у этого типа просто мистическая способность исчезать и появляться совершенно неожиданно. Нам не удалось даже задержать его по какому-нибудь пустяковому поводу, чтобы хотя бы заполучить его отпечатки пальцев. Даже если это двойник, то, похоже, он дьявольски опасен...
Оба помолчали. Потом Дорн откашлялся и добавил официальным тоном: