– Мы сейчас, – буркнул Шишел. – Попрощаемся только со старыми, так сказать, друзьями и, значит, сразу...
Он встал и шагнул к федеральному следователю. Тот поднялся навстречу ему. Гай тоже поднялся на ноги и со стороны с любопытством наблюдал за прощанием заклятых приятелей.
Шишел неловко положил руку на плечо Кая, и тот ответил ему тем же.
– Ну, много ты мне крови попортил, господин сыскарь... – прогудел со странной нежностью в голосе Шишел. – Всякое было... И в каталажку меня определял, и отпускал на все четыре стороны... По-разному...
Он тяжело вздохнул.
– Да и ты мне не один седой волос добавил, – в тон ему отозвался федеральный следователь. – Пару раз по твоей милости мое очередное повышение под сукно уходило... – Он усмехнулся каким-то своим воспоминаниям. – Но мне сдается, что мы будем порядком скучать друг без друга...
– Это ты верно заметил...
Шишел даже носом шмыгнул – от избытка чувств. Гаю – при этом вспомнилась поросшая буйными джунглями душная Калласса и охота на тамошних гиппопотамов.
– Теперь, получается, не будем друг у друга под ногами путаться... – с грустью добавил Дмитрий. – Теперь уже никогда. По разным Мирам расходимся. По разным аж Вселенным... Это как...
Он не стал заканчивать мысль.
– Вот что...
Он полез за отворот своей мешковатой куртки и вытащил (на свет божий слегка потрепанное, но вполне годное для витрины антикварной лавочки сочинение Фила Исмаэлита.
– Ты по книге гадать умеешь, следователь?
– Приходилось, – с легким недоумением отозвался Кай.
– Тогда держи! На память...
Шишел сунул в руки федерального следователя потертый томик, сослуживший ему странную службу в эти дни, что скоротал он под праздничными небесами Террановы.
– На все случаи жизни. Сам убедишься...
Кай в некоторой растерянности повертел книгу в руках и, за неимением достаточно емких карманов, засунул ее за пояс.
– В таком случае, у меня и для тебя найдется... Нечто в том же духе...
Он достал из внутреннего кармана миниатюрную – с записную книжку форматом – и тоже потертую книжицу.
– Я, правда, не пробовал гадать по ней... Просто иногда читаю на ночь... Это из древних. Попробуй – может, у тебя будет получаться... Там... Под чужими небесами.
Гай смотрел на этих двоих – таких разных – и в то же время неуловимо схожих. Им действительно нелегко было расставаться навсегда. Вот они снова положили друг другу руки на плечи. Что-то сказали напоследок. Повернулись и пошли – каждый в свой мир.
Шишел – вверх по трапу, в недра Корабля. Кай – вниз по склону, к флайеру, приткнутому у скалы.
Тишина воцарилась на перевале. Но не полная, не абсолютная. Что-то нарушало ее...
Только тут Гай понял, что он давно уже тихо, почти про себя насвистывает «Под чужие небеса», старый как мир гимн космических переселенцев...
Кай с полдороги обернулся и махнул ему. Продолжая насвистывать старую мелодию, Стрелок поднялся и стал неловко спускаться по крутому склону к флайеру. Времени действительно уже оставалось мало.
Тускло сверкнув в последних лучах заходящей звезды, втянулся в нутро Корабля трап. Поднялись и слились с корпусом грузовые аппарели.
Косой, бесшумной молнией пронеслось над головами звено истребителей местных «сил самообороны». Пора было уходить.
Федеральный следователь вел флайер на приличной скорости, молча следя за норовящей увильнуть в сторону горной дорогой. Иногда бросал косой взгляд на вершину Морна.
Корабль поднялся над ней бесшумно. Ушел в высоту. Почти истаял в ней, потом, сухим листом, наискосок, скользнул вниз и вновь – по наклонной – рванул в высоту. И в этой высоте в полнеба полыхнуло слепое белое зарево.
Грохот обрушился на горы и город. Заложило уши.
Снова, теперь уже совсем без всякого толку, по небу промелькнули бесшумные истребители.
Уши отпустило, и стало слышно, как где-то вдалеке с круч сходят в долину сорвавшиеся с цепи лавины.
Кай остановил флайер у скального уступа, вышел и махнул рукой Гаю. Тот понимающе кивнул, пошарил в бардачке и достал оттуда потертый кожаный кисет. Или скорее уж кошель со всем необходимым для намеченного ритуала.
Они достали из него и расставили на каменной «полочке» нехитрые принадлежности Пестрой Веры – небольшую статуэтку, разбитое зеркальце и лампадку. Расположили все это так, как велела традиция, и федеральный следователь, щелкнув зажигалкой, воскурил неприметный огонек, исходивший тонким, ароматным дымком...
Порывшись в карманах, оба они достали и, аккуратно свернув обрядовым «фантиком», спалили на этом огоньке по купюре местных денег. Потом Гай, как и положено, рукой загасил огонек и принялся убирать атрибуты нехитрого ритуала обратно в кожаный мешок.
– Вы уверены, следователь, что мы тому богу помолились? – осведомился Стрелок, задумчиво поворачивая в пальцах каменную фигурку. – Это ведь не Линн-лин-Данн... Не бог Разлук...
– Да, это не Странный Бог... – согласился Кай. Он взял из рук Стрелка фигурку Тин-и-Аури – Бестолкового Бога Встреч и улыбнулся ему.
– Получается, следователь, что мы помолились за встречу...
