Здание, в котором содержали подводников, стояло несколько обособлено. Около него почти не наблюдалось курортников. Лечебный корпус смотрел на мир слепыми глазами тонированных окон. От него веяло холодом. Отчаянная четвёрка, полыхая счастливыми улыбками, затормозила возле стойки администратора. Женщина в белом костюме сосредоточенно работала на компьютере.
— Скажите, мэм, где нам найти палату 2218? Мы разыскиваем преподавателя математики из Аннари. Он лежит здесь с переломом ноги, — сказал Леонид.
— А кем вы ему приходитесь? — блеснула зубами дама.
— Он мой друг детства, — пропел Хансен ангельским голосом. — А вот это его родственники.
— У вас есть документы, подтверждающие это?
— Конечно, конечно! Вот, будьте добры, — Леонид вытащил из кармана чистый лист бумаги сложенный вчетверо и протянул через стойку.
Администратор очень внимательно изучила «документ», пощёлкала клавиатурой и сообщила:
— Всё верно, данные сходятся, — молодец всё-таки Барбисоль, да и Лукмукто оказался на высоте, подумал Хансен. — В левом крыле расположены скоростные лифты. Заполните карточку посетителя. А что у вас в сумке?
— Нам сказали, здесь плохо кормят, — ляпнул Ивна. Его слова произвели удивительный эффект. Администратор побледнела. Улыбку сдуло с подчёркнуто любезного лица. Она вскочила, прижала пухлые руки к груди и сбивчиво, захлёбываясь, пролепетала:
— Нет, нет, сэр, у нас всё в порядке. Графики привесов сдаются ежедневно, больные ни в чём не испытывают недостатка. Поверьте, нас неустанно контролируют вышестоящие инстанции! Склады полны продуктами. Их запаса хватит на месяц. Отдыхающих кормят пять раз в день, не считая промежуточных лёгких приёмов пищи! — последние слова она выкрикнула уже в спину удаляющейся компании.
— Как я её поддел! — бахвалился по внутренней связи Ивна. — Видимо обвинение в недокорме приравнивается к государственной измене. Надо запомнить.
— Они больше не похожи на тебя, — сообщил Барбисоль из сумки. — Те, на орбите — да, а здесь все поголовно думают о жратве и…всё! Голова, например, у администратора пуста и бестолкова. В ней нет ни мечты, ни желаний. Пардон, я не правильно выразился — мечта есть! Побольше потребить. Плохи дела!
Скоростной лифт в считанные секунды вознёс команду на двадцать второй этаж. Барбисоль впал в транс от напряжения. Леонид предупредил боевиков на «Шаутбенахте». Они могли понадобиться в любой момент…
Четвёрка спокойно прошла мимо медицинской сестры, которая что-то быстро писала в журнале. Мимо тучного охранника с недоеденным кренделем в кобуре вместо пистолета. Мимо темнокожего доктора со стетоскопом на шее, говорящего по телефону. Мимо санитарки, везущей на тележке чистое бельё, и подошли к лестнице, ведущей на верхние этажи. Там дежурили два наблюдателя. Они перегораживали дорогу и очень внимательно смотрели по сторонам. Так что одним внушением тут было не обойтись. Появился Лукмукто и доложил:
— Наверху очень мало обслуживающего персонала. Вместо них сплошные наблюдатели и доктора. Нам лучше подняться по пожарной лестнице и вызвать шлюпки. Иного выхода нет. Да и Барбисоля надолго не хватит. Моряки лежат в отдельных палатах. Эвакуацию проведём через окна. Идите за мной. Я покажу дорогу.
Разведчики прошли коридором, старательно огибая не многочисленный персонал, через маленький закуток проникли на зарешёченную лестницу с люками на каждой площадке и поднялись на два пролёта.
— Подводники здесь, — пояснил газ со звёздочками. — Хочу предупредить сразу. Коридор на этаже без поперечных перегородок. Вас неминуемо увидят те, кому посчастливится стоять на некотором удалении. Поднимется переполох! Тогда придётся стрелять.
— Ты прав, — поморщился Хансен. — Ваши предложения?..
— Для начала войдём в малый коридорчик. Не стоит привлекать к себе внимание…
Вошли…
Команда затаилась…
— У нас всего один выход, — прошептал Ивна, будто его могли услышать. — Мы снимем костюмы и попробуем незаметно затесаться и прикинуться…
— На вас нет обручей. Сгорите за пять секунд, — возразил Леонид. — Нельзя начинать с провала.
— А наблюдатели тоже без обручей, — ответил статипик. — Я сразу обратил на внимание…
— Тогда рискнуть стоит. За дело…
— Ребята, раздеваемся. Барбисоль, работай в рваном режиме. Пусть будет маленькая неразбериха. Леон, нам потребуется совсем немного времени. Начнём с крайней палаты. Когда моряков хватятся, мы будем далеко. Лишь бы наши действия не отразились на остальных…
— Шлюпки прибыли. Мы готовы. Поехали…
Шлюпки остановились возле нужного окна. Оно немедленно открылось, и на борт поступили первые пассажиры. Ивна успел шепнуть — у них всё в порядке. Леонид прошёл чуть вперёд. Через двадцать минут разведчики взяли курс на орбиту. Там уже ждал транспортный корабль.
