– Начался урок изящной словесности, — я закатила глаза, предчувствуя нудную лекцию. — Да, я сквернословлю, и мне порой не хватает такта. Вот такая я отвратительная, убей меня за это.
– Ты строга к себе, — Дан негромко рассмеялся, не воспринимая всерьез ни одно слово. Помог с сокрытием улик, которые мы отправили мусорное ведро. Оставалось надеяться, что там мама их не заметит. – И я не шутил насчет голоса, — снова припомнил, — у тебя талант.
Я скептически отнеслась к замечанию:
– Ты как родители, которые хвалят своих детей только потому, что любят их.
Дан улыбнулся, откровенно иронизируя:
– Я, конечно, люблю тебя, но не настолько сильно.
Сердце отчаянно трепыхалось в груди. Дан признался, что любит меня, но я прекрасно понимала, что это ничего незначащие слов.
– Хорошо, – не знала, как реагировать, чтобы не выдать себя, поэтому обратилась к сарказму, – потому что я начинаю тебя ненавидеть, — и вернулась к раковине, губкой густо разводя пену.
– Злюка Ри-ри, — начал дразнить меня, отчего я вспыхнула: терпеть не могла, когда он обращался со мной как с ребенком.
– Как ты меня назвал? — я обернулась и невольно взмахнула рукой. Этого оказалось достаточно, чтобы пена полетела прямо в лицо Дана. Мы оба застыли: он тяжело вздохнул, а я сдерживала смех. — Прости, — искренне собиралась извиниться, но в тоже мгновение расхохоталась.
Дан же не разделял моего веселья. Он молча стряхнул пену, и посмотрел так сурово, что я попятилась назад. Меня ждала месть.
Не дожидаясь нападения, я выскочила из дома. Но Дан и не думал бросаться за мной в погоню. Не торопясь, он вышел во двор, и я с замиранием сердца наблюдала, как он поднял с земли шланг, который моя мама подключали к оросителю, чтобы поливать свой небольшой огородик. Передернуло только от одного вида переливающейся на солнце ледяной воды.
– Не посмеешь, — невнятно лепетала, но Дан всё прекрасно расслышал.
– Ты меня плохо знаешь, малышка Ри-ри, – злорадно улыбнулся и безжалостно окатил водой.
Сначала я замерла от шока, потом начала уворачиваться от обжигающих холодом струй. Я визжала как ненормальная, а Дан хохотал над этим зрелищем.
– Хватит! Я все поняла! — сделала грустное лицо. — Прекрати, я заболею! — воспользовалась уловкой, перед которым Дан не смог бы устоять. Он слишком добрый.
И видимо, я выглядела действительно жалко, поскольку Дан прекратил экзекуцию. Я, продолжая отвлекать его своим озябшим видом, быстрым движением выхватила шланг и обрызгала его с ног до головы.
