Мне вне очереди провели еще один магический осмотр. Все второкурсники в начале года проходили через подобное. И трех точек осмотра было более чем достаточно для точного построения графика Бинота. Ученики получали достоверные сведения о том, какие направления им развивать первыми, о том, какая судьба их ждет. Слабые универсалы вроде меня обычно останавливались на бытовой артефакторике. Звезд с неба такие маги не хватали, но зарабатывали прилично.
Мне, честно говоря, конструирование артефактов казалось самым скучным занятием на свете. Рисовать громоздкие магосхемы, сидеть целыми днями перед одной заготовкой, напряженно всматриваться в крошечные маголинии, орудовать с ними, будто пытаясь подцепить иголку пинцетом. И хотя мое магозрение было чуть ли не идеально, я твердо уверился, что артефакторика не для меня. Я совсем не жалел о том, что поступил на факультет боевой магии. Именно боевые плетения, на мой взгляд, были самой сутью магии. Чистая разрушительная энергия, ощущение силы в твоих руках. После двойных плетений Трина я в свободное время тренировался тройным, правда прогресса по сути не было.
Я легко дал свое согласие на обучение двойным плетениям. Когда тебе предлагают досрочное закрытие контракта ИШМИ и зарплату, аналогичную той, что я получал в «Эльфийской стреле», отказываться глупо. Парочка военных из старшего офицерского состава вовсю нахваливали мне все прелести жизни магов-военных. Я обещал подумать по окончании обучения, что их более чем устроило. В общем, где-то спустя неделю по прибытии на Пант ситуация нормализовалась.
Я подсчитал разницу между временем Панта и иными мирами. Выходило так, что время здесь течет, грубо говоря, в два с половиной раза медленней, нежели в Содружестве, например. Была у меня еще идея прыжков во времени, но я отмел ее. Получается, за мою недолгую жизнь на Панте в иных мирах прошло всего лет пять-шесть. Никаких разумных идей на этот счет у меня не было, я просто принял это как данность. Возможно, именно временная аномалия Панта и была тем фактором, из-за которого наладить постоянный канал с внешними мирами было очень сложно.
Насчет Кэвлин я не сильно переживал. У меня были на ее счет кое-какие подозрения. И возвращаться я не планировал, пока не буду себя чувствовать уверенно хотя бы среди наших магов. Мой дар по сравнению с большинством был еще очень слаб, и только двойные плетения хоть как-то выравнивали эту пропасть. Хотя кого я обманываю? Я вернулся из-за Айи. Темная эльфийка прочно поселилась в моем сердце. И бросать взбалмошного суккуба я не собирался.
О Теневой Госпоже можно было сказать только то, что никаких весточек от нее я не получил. Совсем никаких.
Несколько магов разных возрастов, включая главенствующего Саффрейда, обсуждали наши неудачи. За три недели никто из моих «учеников» так и не смог показать хоть какой-нибудь результат.
– …есть еще идеи? – спросил Саффрейд устало. Весь вечер мы бестолково плели заклинания. Раза три одаренным пришлось восстанавливать свой резерв. Магов такой распорядок сильно изматывал. Особенно тех, у кого был небольшой запас маны.
– А если все-таки сосредоточиться на создании заклинания двумя магами? – высказался один из одаренных.
– Мы и так уже много времени на это потратили. Нет, двойное заклинание должен плести один маг! – закончил Саффрейд.
За составленными столами на полигоне сгрудились оставшиеся восемь магов. Около половины уже разошлись по домам. Королевский маг в цветастой мантии противно постукивал дорогим инкрустированным стилом. Этот въедливый тип отвечал у нас за документирование наших успехов. Записывать было пока что нечего.
– Мы опять свернули не туда, – полностью лысый маг отложил стило в сторону. – Я уже говорил, здесь только два варианта: либо никто из нас не может плести такие заклинания, либо мы не учитываем какие-то условия.
– Первый вариант маловероятен, – кинув в мою сторону взгляд, надменно произнес другой немолодой маг. – Второй же полностью зависит от «учителя».
– Что еще мы не учли? Еду пробовали ту же, что и Бертолье.
– Есть еще один момент, – сказал я, приковав всеобщее внимание. – Там была какая-то аномалия. Магический фон был в несколько раз меньше, чем у нас, – продолжил я неуверенно.
– А что, в этом есть смысл. Ведь серая энергия или сырая, кому как понятнее, – говоривший пожилой маг закашлялся и промочил горло яблочным соком из стакана. – Так вот, магический фон – это и есть сырая сила, разлитая вокруг. И нам действительно надо найти такое место, где фон будет ниже.
– О! Знаю я одного чудака, который может нам помочь, – воскликнул мистер Саффрейд. – Только энергии на это будет уходить прорва. Карл, вы уж там походатайствуйте у начальства. Пусть выделят накопителей, – обратился преподаватель к низенькому королевскому магу.
Тот, пожевав губы, ответил:
– Я спрошу, только сдается мне, нам придется самим накачивать ману.
– Хорошо, я наведаюсь к моему знакомому, – сказал Саффрейд. – Думаю, надо сделать перерыв в несколько дней, пока мы подготовим «парилку».
– Парилку? – спросил я.
