Он не дал мне закончить, поцеловав с такой нескрываемой, бесстыдной страстью, что у меня голова пошла кругом. Я уперлась руками ему в грудь, пытаясь отстраниться.
— Азар… Азар! — Тьма, этого ещё не хватало.
Орк недовольно фыркнул, зацепился за приступку и, рывком поднявшись, протянул руку.
Надо, нужно, необходимо сделать шаг вперед. Я же нравлюсь ему, это точно, как то, что он — орк, а я — человек.
Мгновение я обдумывала свои действия, а потом, схватив протянутую руку и резко вскочив на ноги, сама поцеловала Азара, призвав на помощь всю силу воли, которая у меня имелась, чтобы унять поднимавшиеся в душе волны негодования, отвращения и презрения к себе.
Я училась играть по правилам.
Управление службы безопасности ордена находилось на одной из центральных улиц города, между торговой палатой и музеем истории. Здание выглядело довольно непримечательно — прямоугольное, темно-коричневое, пятиэтажное, с узкими, похожими на бойницы, окнами. Пройдя мимо поста охраны, я остановилась поглазеть на возвышавшуюся близ входа скульптуру змеи. Она была несколько больше той, что находилась в университетском парке, и, ко всему прочему, у неё имелись перепончатые крылья. Змея являлась священным животным у негуров, но то была гигантская девятиглавая кобра, а эта скорее напоминала небольших крылатых драконов, которые, согласно мифам Древних, увозили к Свету воинов, павших в сражениях.
Замешкавшись у скульптуры, я не сразу заметила стоявшего чуть поодаль, на последней ступени широкой лестницы, ведущей к дверям управления, Арельсара, который разговаривал с коренастым, толстым орком. Кевт, к моему удивлению, был одет в вполне сносный деловой костюм, только вот галстук завязать он не удосужился, и просто повесил его на шею. Теперь этот строгий предмет гардероба болтался под воротником рубашки, как веревка на шее висельника.
— Доброе утро, — поздоровалась я, выжидательно глядя на кевта, но тот, похоже, не собирался представлять своего собеседника. Орк, картинно вздохнув, протянул мне руку.
— Картаз Армат, полиция Прэна.
Я мгновенно напряглась и отчего-то опустила глаза, почувствовав себя виновной во всех преступлениях века.
— Антея Тейер.
— Так это вы нашли тело мистера Бонэса на побережье? — спросил полицейский, скрещивая руки на груди.
— Да, я и Элладор.
— Хм… Элладор… Это же дочь адмирала Кольсара, верно? — орк перевел взгляд на Арельсара. Тот кивнул. — Достали они меня своими выступлениями. Каждые выходные ходят с транспарантами и чего-то требуют.
— Что ещё ожидать от этого поколения? — кевт пожал плечами. — Ладно, до встречи. Нам пора.
— Желаю удачи.
— Кто это? — спросила я, когда мы сели в машину.
— Начальник полиции.
— А кто такой адмирал Кольсар?
— Возглавлял флот миротворцев в период Первой Индустриальной, — кевт завел машину, проверил что-то на панели управления. — После ямарского судебного процесса адмирал покинул орден и поселился в горах. Сейчас держит отель под лавиногоны.
Я навострила уши.
— Судебный процесс? А за что его судили?
— Не его, — сухо произнес кевт. — Меня.
Я вся превратилась в слух и ждала продолжения, но Арельсар молча вел машину, кажется, вовсе забыв о моем присутствии. Пришлось смириться с неведением. Доставать кевта я побаивалась.
— Как настроен Совет? — спросила я, решив сменить тему.
— Не так категорично, как раньше. Дезмону удалось повлиять на них. Отчасти.
— А они в курсе, что я исцелила другого орка?
Кевт покачал головой.
— Мы обсуждали с тобой этот вопрос. Никому. Ничего. Не говорить. Даже членам Совета. Они в курсе, что ты не столь радикально настроена против орков, как утверждают СМИ и бульварная пресса, — Арельсар усмехнулся. — У нас должен остаться козырь в рукаве. Пока намекнем на твою крепкую дружбу с Азаром.
— На Прэне нет понятия личной жизни? — я покраснела и опустила глаза.
— Понятие — есть, факта — нет. Как и везде.
— Ты так… просто об этом говоришь!
— Сто десять лет существования дают о себе знать.
Когда мы подъехали к Цитадели, солнце стояло в зените. Арельсар, покружив по забитым до отказа первым десяти рядам парковки, оставил машину рядом с воротами, шарахнув дверью так, что едва не выпало стекло.
Как оказалось, и внутри Цитадели яблоку негде было упасть — у информационных стоек образовалась очередь в три ряда, но Арельсар повел меня через галдящую толпу, бесцеремонно распихивая посетителей.
— Во время моего первого визита здесь вообще никого не было, — удивилась я, когда мы кое-как втиснулись в кабину лифта.
— Время отпусков, — пояснил Арельсар, надолго задержав взгляд на декольте миловидной эльфийки, стоявшей перед ним. — Сейчас вернулись и развели кипучую деятельность.
На тридцать пятом этаже, вершине башен-указательных пальцев, куда нас доставил покряхтывающий лифт, находилась смотровая площадка. Кевт, благодушно пропустив меня вперед, заявил, что у нас ещё есть время насладиться Прэном с самой высокой обзорной точки острова.
