Сёстры тоже часто смотрели на неё так — ожидая помощи и поддержки, как будто именно она была виновата во всём, что происходило, и как будто только к ней нужно было обращаться за помощью. Девушка не знала, почему именно, но такое отношение ей даже нравилось иногда. Она была нужна всем. Хотя бы в некоторые дни своей жизни. На неё всегда смотрели так — словно она обязана была помочь. Эливейт и самой иногда казалось, что всё обстоит именно так — она обязана помогать всем, кто бы не обратился к ней за помощью…
И Эрик точно так же надеется на то, что сейчас всё уладится, что сейчас всё станет хорошо… Что Паул встанет с кровати и будет чувствовать себя куда лучше… Но это не в её силах. Зато, очевидно, в силах Райана.
– Скажи сначала — кого я должен искать! – почти выплёвывает Паул, когда приступ заканчивается. – А я потом решу — помогать тебе или нет! Да и к тому же, для поисков мне может потребоваться кровь человека королевской крови. И, думаю, в таком случае, ты знаешь, что этой крови не может быть больше года, а взята она должна быть у только что убитого человека… Мне рассказывать о том ритуале, который ты должен будешь для этого провести?
Это звучит, как отказ. Впрочем, Сара уверена, что это и есть отказ. Кто в здравом уме может достать кровь монарха или члена семьи этого монарха? Девушка уверена, что никто. Паул не хочет исцеляться такой ценой. Или, вообще, против сделок… Сара сама не заключала с Райаном никаких сделок. Лорд Чаттерли категорически запретил ей это делать, сказав, что этот молодой мужчина — возможно, самый опасный человек во всём королевстве…
– Я знаю об этом ритуале достаточно и думаю, кровь племянницы одного короля тебе вполне подойдёт… – усмехается Райан, протягиваю руку ко лбу чернокнижника. – Будем считать, что наша сделка произошла.
Комментарий к II. Глава двадцать седьмая. Милосердие отречённого.
* Мельница – Огонь
========== II. I. Глава первая. Начало игры. ==========
I.
— Эй! Я тебя прошу — успокойся! — кричала на всю улицу Аделинд. — Ты, что, не понимаешь, что он тебя просто провоцирует?!
Кто-то издевательски хмыкнул и словно растворился в воздухе. Впрочем, возможно, и правда, растворился. Кажется, Юсуфия Нолд могла так делать. Она всегда была хороша в магии перемещений. Всегда умела вот так — исчезнуть за несколько секунд, появиться в другом месте — чаще всего комнате учителей или каком-нибудь кабинете, чтобы кому-нибудь из преподавателей нажаловаться на поведение Криса и его «шайки», как она любила всем говорить.
Кристиан бросил короткий злой взгляд на девушку, но руку с воротника Эйбиса не убрал. Только сжал ещё сильнее. Тот со смехом наблюдал за происходящим, словно не чувствуя боли в саднящей губе. Он словно не понимал, чем на этот раз его глупые подколки могут обернуться! Хотя нет… Он прекрасно это понимал… Эйбис даже не пытается стереть кровь со своего лица. И Аделинд думается, что в этот раз всё может закончиться весьма и весьма плачевно. Для Криса.
Девушка считает, что тот совершенно зря реагировал на все колкие слова Эйбиса Вейча. Тот никогда не умел вовремя заткнуться. Или просто не хотел. Его грубые и обидные слова не раз доводили её до слёз. Да, впрочем, почти кого угодно. Она вздрагивает от ужаса, когда Кристиан замахивается, когда слышится глухой звук удара, когда Эйбис падает на землю… Аделинд охает и почти с гневом бросается к Крису.
Вейча сидит на земле — кажется он приземлился на клумбу — и наигранно удивлённо моргает, словно не веря, что его в этот раз ударили. Адель с ужасом смотрит на то, как из разбитой губы сочится тоненькая струйка крови.
— Зачем ты это сделал?! — кричит она. — Из-за какого-то словечка этого придурка тебя теперь выгонят!
Кристиан моргает от неожиданности, но самоуверенности своей, кажется, не теряет. Девушка чувствует, как сильно начинает на него сердиться за эту самоуверенность, самонадеянность и глупость. Ей становится почти жаль, что она с этим парнем принадлежат к одной команде. Команда, к которой принадлежал Эйбис, при всех своих делишках, умудрялась не получать ни одного наказания за целый год. А команда Аделинд… Только из-за Криса в этом месяце они получили их штук пять! А ещё количество наказаний и выговоров, которым был подвергнут Кристиан, означало, что в случае хотя бы ещё одного самого мелкого проступка парень просто вылетит из Академии.
Вылетит! Обязательно же вылетит! Он по праву считался головной болью всех учителей. Вряд ли был хоть кто-то, кто решит заступиться за него на педсовете. А Вейча… Вейча стирал с губ кровь и смеялся. Радостно смеялся. Кажется, ему именно этого и надо было! Он именно этого и хотел добиться! Вот змеёныш!
— Что ты пытаешься его уговаривать, Адель?! — усмехается парень, прижимая ладонь к пострадавшей щеке. — Ты же знаешь — у него мозгов, как у барана! Не достучишься!
