К облегчению полковника, штурмовики уже погрузились в бронетранспортёр, так что не пришлось ловить на себе насмешливо-заинтересованные взгляды подчинённых. Но и без того было ясно, как божий день, что уже через четверть часа о произошедшем будет знать весь полк, причём даже в тех подробностях, которых не знают сами участники.
Но сейчас это почему-то не особенно волновало Костаса. Ему было хорошо.
– Ну и что у нас плохого? – полюбопытствовал Рам, легко запрыгивая в машину.
Он попытался напустить на себя серьёзный вид, но настроение было настолько хорошим, что у полковника даже не получалось злиться на дочь и “сфинкса” за откровенно свински прерванный отдых.
– Я фильм про вас знаю, – прежде, чем кто-либо из них успел ответить, добавил Рам. – “Двое: я и моя тень”. Про таких же засранцев, не способных к созидательной деятельности, но зато прекрасно умеющих подсирать другим
– Спасибо за комплимент, сэр, – “поблагодарил” его Грэм. – У нас массовая драка… точнее, поножовщина, между офицерами акадийского и тиаматского батальонов с офицерами корпоратов. Шесть убитых корпоратов, полтора десятка раненых, из них трое – тяжёлые, у тиаматцев и акадийцев – один убитый, одиннадцать раненых, из них тяжёлых – пятеро.
– Дерьмо, – вздохнул Костас, сознание которого никак не хотело покидать мир, полный блаженства, возвращаясь в свой мир войны. – Причина?
– Выясняем, – лаконично отозвался Нэйв.
Костас заметил, что и капитан, и Дана не открывают забрала. Сопоставив этот факт с тихим гудением фильтро-вентиляционной установки броневика, Костас сообразил, что наферомомен, как говорится, по самые уши.
“Надо было принять душ” – запоздало сообразил он.
– Заодно неплохо бы выяснить почему ты не отвечал на звонки коммуникатора, – сказала Дана. – Я понимаю, все вы в душе флористы, но процесс составления букета из венерических заболеваний можно и прервать на пару секунд.
Костас только развёл руками, не расположенный вступать в споры.
– Я уже думал, что вас там пытают агенты Доминиона, или уже прикопали в живописном месте, – недовольно буркнул Грэм, вызвав у коменданта приступ смеха.
Мысль, что Прия способна причинить кому-то вред, казалась Костасу до смешного абсурдной.
Дана молча вынула из подсумка автодоктор, приложила тот к руке отца и присвистнула:
– Тебе что, феромоны внутривенно вливали?
И уже Грэму:
– Пока не проспится – толку от него не будет. Сами разберёмся.
– Да я так и подозревал, – вздохнул капитан. – Ладно, оставим на свежем воздухе – может, отойдёт быстрее.
– Ничего, что я тут? – лениво осведомился Костас. – И всё слышу?
– О, ничего страшного, сэр, – “милостиво” кивнул Грэм.
– Хамло, – благодушно оповестил его Рам. – Точнее, два хамла.
Грэм вновь тяжело вздохнул и скомандовал Ракше:
– Поехали.
Дорога к комендатуре прошла в молчании. Лишь когда броневик остановился перед крыльцом, Грэм сказал:
– Сэр, вы как?
– Лучше, чем когда-либо в жизни… – расплылся в улыбке Костас.
– Вам лучше побыть на улице, – резюмировал Нэйв, оглядев сияющую физиономию начальства.
Костас хотел было возмутиться, но остатки разума, не заглушённые феромонами, всё же смогли воззвать к здравомыслию. Да, в таком состоянии от него толка не будет.
– Хорошо, – неохотно согласился комендант.
Вылезя из броневика, Костас зашёл за угол здания комендатуры и рухнул в траву, раскинув руки.
– Вообще-то это родителям положено вытаскивать невменяемых детишек с вечеринок, – услышал он прежде, чем Дана и Грэм отъехали от комендатуры.
– Засранка мелкая, – благодушно проворчал Рам.
Когда он в последний раз лежал вот так, просто глядя на проплывающие в небе облака? Давно, неимоверно давно. Даже не вспомнить – когда.
Костас перевернулся на живот и уставился на ярко-жёлтого жучка, деловито карабкающегося по травинке. Жучок полз, словно маленький альпинист и Костасу даже показалось, что он слышит песенку-пыхтелку, которое напевает себе под нос насекомое.
– Ого, а я думала ребята пошутили, – через какое-то время раздался насмешливый голос Картечи, командира взвода связи китежского батальона. – А ты и впрямь как обдолбаный тут валяешься.
Вопреки сказанному, она и сама уселась в траву, сняла шлем и вдохнула ароматный воздух полной грудью.
– Ну что, получил сувенирный букет постыдных заболеваний? – весело поинтересовалась китежка.
– Весь набор, – кивнул Рам старой подруге. – Знаешь… а ведь это правда не то, чем кажется.
Он подложил кулаки под подбородок.
– Помнишь, как мы крайний раз на Акадии на рыбалку ездили? – глядя, как светящийся полосатый жучок карабкается на травинку, спросил Костас.
– Помню, – несколько озадаченно ответила Картечь. – А это тут причём?
– А я словно туда вернулся, – Рам сунул жучку палец, на который тот радостно перелез. – Препих, массаж – это так, шелуха. А вот именно чтобы душой отдохнуть… Нет, надо как-нибудь старой компанией туда выбраться. В парк Спутниц. Гитару взять, костерок развести...
