Сидрианка начала тараторить, закрыв глаза, быстро произнося слово за словом, часто и коротко вздыхала, чтобы набрать воздуха, Соник тем временем начал громко и неистово кричать, голос у него поменялся на более высокий и скрипучий, который отражался легким дребезжанием от металлических поверхностей. У любого другого давно бы заложило уши, как у ребят, которые сморщили лицо, но закрыть уши было просто нечем, так как руки были заняты, но девушка даже бровью не повела. Она дошла до середины и открыла глаза, с небольшим страхом во взгляде, как и все остальные, наблюдая, как белоснежный кусок ткани стремительно начал приобретать черный оттенок — это была его кровь. Девушка слегка замедляется, но говорить не перестает, в горле уже пересохло, но останавливаться было нельзя, когда обряд достиг середины, осталось его только завершить.
Космо начала глубоко дышать, когда конец, самый волнительный момент, был уже близок. Она начала говорить еще медленнее, почти перейдя на нормальный разговор, а Соник прекратил дергаться и вырываться, даже почти не кричал, полностью затихнув. Ребята облегченно выдохнули, решили, что все уже закончилось, как тут же содрогнулись из-за того, что сидрианка громко выкрикнула последнюю фразу. Одновременно с этим свечи во всем помещении потухли, в том числе те, что держали в руках другие. В тот же момент весь коридор погрузился во тьму, а Космо упала на колени, пытаясь отдышаться.
— Можете разорвать круг, — негромко сказав, чтобы не напугать их, прорезала тишину Флоренс.
Ребята в ту же секунду отставили свечи в сторону, взяли фонарики и подскочили к сидящей на полу Космо. Тейлз потряс ее за плечи, аккуратно убрав пряди волос, что заслонили собой ее глаза. Сидрианка подняла голову и с улыбкой взглянула на лиса, проронив фразу:
— Кажется, все получилось.
Услышав это, некоторые перевели взгляд на Соника, который не подавал абсолютно никаких признаков жизни. Эми прижала руку к сердцу, глаза заслезились, а в голове промелькнула мысль: «Неужто Соник вернулся?». Ей так не терпелось вновь обнять его, почувствовать его прикосновения, она хотела снять с него эту тряпку, но она помнила, что Космо сказала, что первые пять минут его лучше не трогать никаким образом. О боже, да если все действильно получилось, то она по гроб жизни будет благодарна ей!
Мария налетела на лучшую подругу, крепко ее обняв, а от остальных начала выслушивать похвалы и слова благодарности, хотя даже еще ничего не известно. Кто знает, может и благодарить-то не за что. Но Космо, зная это, все равно с улыбкой принимала слова каждого.
Пять минут истекло. Самое время снимать с Соника эту простынь, что они и сделали, но развязывать не спешили. Длинные когти исчезли, кроме этого пока что нельзя было ничего сказать о его обратном превращении. Эми опустилась рядом с ним на колени, с замиранием сердца ожидая от него хоть каких-то слов. Проходит минута, другая, и парень двигает пальцем, затем шевелит рукой, мычит и поднимает голову, после чего открывает глаза, тут же кривя лицо от сильной боли. Теперь было видно, что его прежний изумрудный цвет глаз вернулся и клыки тоже исчезли, неизменным остался лишь его темно-синий оттенок шерсти. Оглядев всех присутствующих взглядом, полным непонимания, он хриплым голосом выдает:
— Кто-нибудь может объяснить, что произошло?
Волна ликования, бурных эмоций и восторженных криков разразилась по всему коридору. Все начали обнимать Соника, дружески стучать по его плечу, что-то ему говорить и объяснять, но ничего из этого он не понимал, его взгляд был прикован к Эми, на глазах которой виднелись слезы, а на губах была растянута улыбка. Они смотрели друг другу в глаза, Соник с каким-то особым рвением, а Эми просто любовалась естественным цветом его глаз, который ей так полюбился за долгие годы. Когда ежа наконец развязали, он присел на колени, рядом со своей девушкой, беря ее щеки в свои ладони.
— Эми, милая, прости меня! — смотря ей в глаза, не замечая остальных, начал говорить он. — Я не знаю, что успел натворить и за что мне нужно еще извиниться, но я помню только нашу последнюю ссору. Я правда не помню, как оказался в этой чертовой заброшке. Прости, что не был рядом, когда тебе было плохо!..
Розовая ежиха, не стерпев, кладет руки на его затылок, притянув к себе, и жадно целует парня в губы, а тот, опешивши, отвечает на него, обнимая Роуз за шею, и улубляет поцелуй. Наконец-то, спустя столько времени она смогла это сделать, сердце с бешеной скоростью заколотилось у них обоих. Соник не знал, сколько прошло времени и какое сегодня число, он знал только то, что ужасно соскучился по своей любимой и был очень рад сейчас целовать ее.
Они неохотно отстранились друг от друга, Соник все так же держал девушку за щеки, не трогав след от когтей, кое-что услышав и поняв из галдежа остальных, он осознал, что это он ударил ее, за что будет извиняться весь оставшийся месяц. Эми, не желая отпускать своего возлюбленного, горько усмехается и тихо произносит:
— Знаешь, я никогда тебе не расскажу, что ты еще натворил.