Вот каким был их основной кандидат. Остальных у них хватило ума подобрать из провинции, то есть из других мест Луизианы. И им здорово повезло, когда они выставили в вице-губернаторы Уильяма Ли, бывшего спикера конгресса, кандидата от Боссиерского округа, с севера. Он был настоящим профессионалом в политике, и я не понимаю, как им удалось уговорить его — наверное, посулили ему порядочную сумму. Лучше бы он баллотировался в губернаторы, но теперь менять что-либо уже было поздно.
Однажды Сильвестр привел к нам в штаб нашего кандидата в вице-губернаторы. Это был приземистый лысый человек с большим животом и очками в золотой оправе. Его смех я услышал еще за дверью, и первое, что я увидел, когда он вслед за Сильвестром вошел в комнату, был его колыхающийся живот.
Сильвестр махнул рукой, подзывая меня.
— Томми, знакомься с нашим вторым номером. Роналд Хадсон. Томми Даллас.
— Рад встрече, — сказал я. — Вице-губернатор Сильвестра — мой вице-губернатор.
— Точно. Все точно.
Он захохотал еще громче, живот его еще больше заколыхался, а глаз за линзами золотых очков совсем не было видно.
Он был подрядчиком из Лейк-Чарлза, немало заработавшим на жирных контрактах по строительству жилых домов и прокладке дорог. Бизнесмены нам были не нужны, мы не собирались делать дела, но я решил, что, по мнению Сильвестра, в избирательном бюллетене должен быть и представитель делового мира. А Хадсон в свою очередь, насколько я знаю Сильвестра, вступая с ним в сделку, должен был внести сорок или пятьдесят тысяч. Он, наверное, собирался в один прекрасный день стать губернатором. А почему бы и нет? Так поступали все.
Остальная компания подобралась давным-давно: Уорд Джонсон, который уже трудился на посту секретаря штата Луизиана и надеялся быть снова избранным; Юджин Лавлис из центральной Луизианы, работающий под провинциала и располагающий совсем неплохой группой приверженцев, — будущий начальник управления сельского хозяйства; Джон Бодро из Доналдсонвилла на юго-востоке, способный адвокат и католик (на небольшую должность это полезно), — на должность руководителя отдела общественных земель. Компания подбиралась удачная, поскольку в ней были представители всех уголков штата и самых различных организаций.
— А как с Линдером Пересом? — спросил я Сильвестра. — Нельзя ли привлечь и его на нашу сторону?
— Линдер сказал, что на этот раз он не будет участвовать. Слишком много друзей с обеих сторон. Но это не страшно. Главное, он не выступает против нас.
Верно. Линдер обладал большой силой. Хорошо, что нам не придется с ним тягаться.
Так одно шло за другим, пока однажды «Лига избирательниц Нового Орлеана» не устроила обед в честь кандидатов. Предполагалось, что мы доставим им возможность полюбоваться нами, а потом поведаем, каким образом намерены бороться за отличное управление штатом и так далее. Симпатии членов этой Лиги были давно отданы Ленуару, но Сильвестр не собирался сдавать позиции, поэтому мы с Адой отправились туда. На обеде присутствовали Ленуар с женой — она была дьявольски привлекательна — и старый Джек Мур со своей супругой. Мы все вежливо раскланялись.
И вдруг кто-то принялся знакомить меня и Аду с миссис Ленуар.
— Добрый день, — сказал я, не спуская глаз с Ады, потому что знал ее отношение к этой женщине и боялся, что она с собой не совладает.
Но она была сама вежливость. Она улыбнулась так, словно только и мечтала встретить миссис Ленуар, и протянула ей руку.
Зато миссис Ленуар показала, на что способна. Рука Ады, наверное, целую минуту висела в воздухе. Я понимаю, не минуту, но секунд пять-шесть прошло, прежде чем миссис Ленуар кончиками двух пальцев, словно к дохлой рыбе, прикоснулась к Адиной руке и тотчас же их отдернула.
Ада больше не улыбалась, но я готов присягнуть, что она решилась на вторую попытку.
— По-моему, мы уже встречались, — сказала она.
— Не помню, — отрезала миссис Ленуар.
Ада побледнела, но все еще старалась быть вежливой.
— Я училась с вашей сестрой в «Ньюкомбе».
— Вот как? — Смех миссис Ленуар был похож на звон разбитого стекла. — А каким образом вы очутились в «Ньюкомбе»?
Ада открыла рот, чтобы ответить, но миссис Ленуар уже повернулась к ней спиной и прокричала кому-то через всю комнату:
— Сильвия! Подожди меня, милочка!
И энергично заработала локтями, пробираясь через толпу женщин, запрудивших комнату.
На какую-то долю секунды на лице Ады отразилась ненависть.
— Я еще доберусь до этой ведьмы! — прошептала она.
Но тут же снова заулыбалась самым сладчайшим образом и, схватив под руку какую-то даму, мило заворковала:
— Здравствуйте! Здравствуйте! Как я рада видеть вас снова!
Она прямо таяла от любви ко всему на свете.
Дня через два «Лига избирательниц» высказалась в пользу Ленуара.
Прочитав это сообщение, Сильвестр расхохотался.
— Это только прибавит нам голоса в Новом Орлеане. Я помню, как, призывая выбирать Чепа Моррисона, эти дамы появлялись в Айриш-Чэннеле и прилегающих к нему районах в меховых манто и за рулем «кадиллаков».
Он снова засмеялся, бросил газету в корзинку для бумаг и взялся за телефонную трубку.
