Непросто успевать на уроке, когда учитель – твой папа. Но для Ады Лейс всё ещё сложнее: она обожает науку и технику и в голове у неё – одни формулы и уравнения. А её отец – художник, и теперь он преподаёт в их классе рисование.Лучшая подруга Ады, Нина, так и брызжет творческими идеями и моментально находит общий язык с новым учителем. А у Ады, похоже, нет никакого таланта к искусству. Чем больше она старается – тем хуже выходит, и в конце концов Ада начинает не на шутку злиться.Но, может быть, робот, которого она конструирует для конкурса, поможет решить её проблемы с живописью?
EMILY CALANDRELLI
Ada Lace sees red
Illustrator by Ren'ee Kurilla
Печатается по договоренности с Simon & Schuster Books For Young Readers, импринтом Simon & Schuster Children’s Publishing Division и литературным агентством Andrew Nurmberg.
Text copyright © 2017 by Emily Calandrelli
Jacket and interior illustrations copyright © 2017 by Ren'ee Kurilla
Ада смотрела, как папа возвращает Нине рисунок. Задание было нарисовать собственный портрет в своём любимом цвете. Нина выбрала розовый. Такой очевидный выбор для девочки, что Ада подумала: он сыграет против Нины. Родители Ады были большими любителями идти против «гендерных норм». Если бы Эллиотт, младший брат Ады, выполнил то же задание в голубом цвете, мистер Лейс наверняка посоветовал бы ему «копнуть глубже».
К удивлению Ады, папа улыбнулся и сказал:
– Очень симпатичная работа, Нина. Мне нравятся все те оттенки, которые ты нашла в этом цвете. Ты открыла розовый заново!
Нина просияла:
– Спасибо, мистер Лейс!
Видимо, их учитель был в хорошем настроении. Но Ада всё равно нервничала. Может, оттого, что её отец никогда не говорил таким взволнованным тоном о том, что делала она. Максимум ей перепадало «Хорошая работа, солнышко» и похлопывание по макушке.
Пока мистер Лейс возвращал другим детям их рисунки, Ада прислушивалась к его похвалам. И пыталась убедить себя, что это добрый знак.
– Очень неплохая контрастность, Джейк. Я буквально каждую деталь вижу.
Мне нравится, как ты выполнила хвостик на голове, Пикси. Хорошая текстура.
Кейси, только посмотри на эти глаза! Превосходно!
Так что Аду удивило, когда папа притормозил рядом с её столом и положил перед ней её рисунок лицом вниз. Его губы сложились в нечто похожее на улыбку, но не до конца.
– Ада… – произнёс он.
И всё.
Она перевернула свой рисунок. Рядом с галочкой, обозначающей «проверено», было написано: «Обсудим это».
Ада уставилась на свой портрет. Она пыталась изобразить себя – правда пыталась. Но всякий раз дело кончалось не девочкой с чёлкой, а существом, похожим на овчарку. Так что в итоге она запечатлела то, что крутилось у неё в голове: законы движения Ньютона, уравнение Эйнштейна из специальной теории относительности и ещё несколько любимых уравнений с узорными буквами и цифрами. Ещё она добавила сюда же несколько своих излюбленных форм молекул.
Цвет, который она взяла, не использовал больше никто, и ещё она нанесла немного блеска, чтобы выделить некоторые детали. Работа заняла у Ады много времени и усилий, и результатом она была довольна. Рисунок показывал ту её сторону, которой никто раньше не видел, – а ведь это было одним из условий задания. Так что же её отец – и учитель рисования – хотел с ней обсудить?
Она едва слушала, что происходило на остальной части урока. Одноклассники Ады рисовали кубы, цилиндры и сферы. Она же повторяла один кубик снова и снова, так и не перейдя к другим формам.
В ту же секунду, как раздался звонок, к ней подбежала Нина:
– Ух ты, твой отец – такой классный учитель! На его уроке мне нравится БОЛЬШЕ ВСЕГО. Он так меня воодушевляет! – выпалила она.
– Ха, ну да! – согласилась Ада. – Он настоящий заводила.
– Я не только об отметках. Кому до них есть дело! Уверена, все получили по плюсику.
– Верно, – поддакнула Ада. – Разве кто-то мог не получить плюсик?
– Просто он знает, что сказать, – не умолкала подруга. – Я так нервничала из-за того, что выбрала розовый. Но это и правда мой любимый цвет. И оказалось, что я всё сделала отлично! Важно то, как
– Ага… – выдавила Ада. – Нина, давай я нагоню тебя за обедом? Мне нужно поговорить с мистером Лейсом.
– Конечно. Хи-хи! Очень смешно слышать, когда ты его так называешь.
Нина сгребла свои вещи и вылетела из класса. Ада подошла к отцовскому столу.
– Привет, Адита, – сказал мистер Лейс.
– Если я должна звать вас «мистер Лейс», мистер Лейс, то, думаю, вам надо обращаться ко мне «Ада».
– Ты всё правильно поняла, малыш, – улыбнулся мистер Лейс.
«Очевидно, сам-то он не понял ничего, – подумала Ада, – раз просто назвал меня другим домашним словечком».
– Вы сказали, что мы должны «обсудить это», так что я пришла это обсудить. Обсудим?
– Давай обсудим. – Мистер Лейс сложил ладони вместе.
– Я знаю, что я не лучший в мире художник. Не то что ты или мама. Но я стараюсь.
– Я вижу, милая. И твоя работа – замечательная. Но я давал не совсем такое задание, правда?
– О чём ты? – не поняла Ада. – Это был мой автопортрет.
– Ха-ха! Это забавно! – усмехнулся мистер Лейс. – Но рисунок не похож на тебя. Эти круги – что, твои уши?
– Это мои мысли, – объяснила Ада. – Я творчески подошла к работе! Мы ведь именно это должны делать на уроках рисования?
– Ну да. Но иногда, чтобы направить нашу творческую энергию, мы должны следовать указаниям. И коричневый немного темноват…
– Это жжёная умбра! – запротестовала Ада. – С ней-то что не так?
