Она назвала меня по имени? Видимо, что-то было не так. И это было важно.
Повернуться я не мог, и пришлось сделать усилие внутри себя, чтобы просто посмотреть на неё. Бейт поднимала оружие. На меня.
— Это не я, — выдавила она, преодолевая борьбу с собой.
Мне стало всё понятно. Бейт не могла управлять собой, как и я. И, что хуже всего, ею сейчас двигало нечто другое, а именно система. И ужасным было осознание того, что это была вовсе не Ива…
Здешняя система. И у меня не было ни единого сомнения в том, что целю враждебного искусственного интеллекта было убить нас. И похоже, что нашими же руками.
— Останови… Меня… — Силясь, сказала Бейт.
Шёпот в моей голове резко усилился. Я как будто стал слышать собственные мысли, которые произносила целая толпа, но при этом они совершенно не были моими. Да я даже не разбирал языка, на котором говорили голоса в моей голове. Раздающийся наперебой речитатив стал погружать меня в омут чистого сознания, где я уже не различал, где я, что я делаю и зачем.
Я понял, что теряю себя.
Но эта система не учла одного факта. Я был человеком, и человек во мне мог действовать непредсказуемо даже для меня. Для моего вида прошло не так уж много времени для полного самоконтроля и исключительного владения собственным разумом. Каких-то двадцать, может пятьдесят тысяч лет, если брать то, что уже хоть как-то было похоже на современных людей. Это время — ничто по вселенским масштабам. И несмотря на то, что человек возомнил о себе, будто развился до невероятных высот, конечно же, это было не так. И с появлением пришельцев, это вылезло на поверхность. Вместе с естественной натурой. И настоящей человеческой природой.
А для того, чтобы превратиться в животное, достаточно всего лишь перестать думать. Я воззвал к своим первобытным истокам и первобытным чувствам. И они ответили мне.
Пришельцы были в чём-то очень похожи на нас. Но, возможно, именно их развитие сыграло с ними дурную шутку. По крайней мере, сейчас Бейт собиралась меня убить и, как мне казалось, даже этого и не хотела. Разве к этому должен был привести её прогресс?
Но теперь я выпустил на волю животное. Оно точно определяло, чего нужно остерегаться, с чем бороться, а от чего убегать. Молниеносная реакция всё решила за меня. Сердце забилось сильнее, а в глазах вспыхнула ярость.
Я ощутил, что могу разорвать сдерживающие меня цепи. Потому что они пытались сдержать вовсе не то, что следовало сдерживать в человеке. Я сжал кулак, чтобы удостовериться в том, что могу двигаться. И резким взмахом отвел в сторону руку Бейт, которая почти наставила на меня оружие.
Однако она была достаточно сильна, чтобы прервать мой приём. Мгновение она удерживала мою руку, пытаясь прицелиться в меня. Но затем Бейт посмотрела на меня чужими глазами. Этот взгляд был лишён каких-либо эмоций и не выражал ничего.
— Бейт? — С некоторой надеждой в голосе спросил я.
И тут же получил удар в грудь, от которого меня отнесло на несколько метров назад. Это позволило ей нормально прицелиться.
И после этого сообщения девушка передо мной исчезла. Выстрел должен был последовать с мгновения на мгновение. Видимо, столкнувшись с моим сопротивлением, система врубила голограмму, чтобы у меня было меньше шансов противостоять. Хитрюшка какая! Но дело в том, что я до сих пор продолжал видеть не только своими глазами, но и глазами Бейт. Это меня и спасло.
Я отпрыгнул от летящего в меня луча. Через секунду на том месте, где только что находился я, образовалась вскипевшая статуя говна из металла.
А в момент появления этого сообщения, я перестал видеть то, что видела Бейт.
Только я поднял голову, как увидел над собой огромную клешню массивного робота, которая опускалась прямо мне на лицо. Кувыркаться по полу помещения было совсем не эффективным — это только что усвоил во мне тот, кто учился противостоять роботам и враждебному интерфейсу. Поэтому я вцепился в металлическую конечность, ловко перевернулся и оказался за ней, как за колонной. Навряд ли бы система приказала бы стрелять по роботу. Хотя могла.
Почему-то, я был уверен в том, что взломавшая меня система и робот как-то взаимосвязаны, и потому стрельба по железному пауку была бы для неё чем-то вроде самоубийства.
Но кроме стреляющего оружия у Бейт было ещё и другое — её тело. И для меня оно могло быть опаснее, чем всё, что я встречал до этого. Особенно вкупе с системой, которая жаждала моей крови. Но я совершенно не представлял, что мне делать в ситуации, когда на меня нападает пришелец, присутствие которого скрывает голограмма и робот, который скрывает вообще всё окружение. Помощь пришла с неожиданной стороны.
Это прозвучал в моей голове голос знакомой системы, и я внезапно очень обрадовался его появлению.
