- Жанна, когда я вернусь, сменю эту пропахшие мочой трико из латекса на обычные шорты и как следует высплюсь... я был бы рад познакомиться с тобой лично.
- Ксения.
- Кто?
- Меня зовут Ксенией, - она смеялась. - Конечно, почему бы и нет? Я, всё-таки, в каком-то смысле спасла твою жадную до приключений задницу.
В ожерелье космоса, холодного, бездушного, хранящего любые тайны и выдающего их лишь избранным, зажегся яркий рубин. Корабль прогревал двигатели перед стартом. Проходя мимо колыбели, Петер провёл свободной рукой по перекладинам, ощутив шестым чувством приятную шершавость дерева, и повторил:
- Ты возвращаешься домой.
Конец
Большое будущее
- Нет! - с жаром воскликнул Вася. - Ты не понимаешь! Они нам врут обо всём на свете!
- Так не бывает, - меланхолично сказал Паша, прислушиваясь к звукам на кухне. Пахло варёной гречей, с которой мама только что слила кипяток, был слышен стук ножа по разделочной доске. - От меня скрывают, что мы по уши в долгах. Что папа устроился подметать двор, только не наш, а через три дома, чтобы свои не видели. Он уходит в пять утра. Что Арни не сбежал, а отравился, наевшись на улице костей. Но всё на свете...
Он с сомнением покачал головой. Вася проникновенно смотрел на друга.
- Слушай, мне жаль, что у твоей семьи неприятности. Но... помнишь, как в игре в "дурака". Сейчас расклад не очень, у тебя на руках нет картинок, у противника дамы, вольты и тузы. Но следующая карта, которую ты возьмёшь, будет "козырем", - он поднял палец. - Благодаря мне будет.
- Мне бы твой оптимизм, - Паша без интереса подвигал по столу журнал с наклейками, посвящёнными чемпионату мира по футболу девяносто восьмого года. Альбом был почти собран, не хватало только Зидана, едва ли не самой ценимой мальчишками во дворе карточки. "Если бы она у меня была, - не раз говорил Паша другу, - я мог бы сам стать звездой".
Они сидели в Пашиной комнате, маленькой коморке с квадратным окном и пыльной люстрой. Была тут ещё накрытая кружевным ковриком тумбочка, которую Паша держал свободной под свой собственный телевизор, хотя почти утратил надежду им обзавестись, уродливый шкаф с бесчисленными учебниками и десятком книг серии "Чёрный котёнок", письменный стол из прессованных стружек, исцарапанный так, будто по нему катались на коньках. Была ещё зима за окном, такая, будто с той стороны прилепили картинку, и она уже начала мокнуть по краям. Ни единой живой души не пересекало улицу, а на лавке неподвижно сидела в чёрном тулупе и таком же платке баба Нюра.
Вася, высокий щуплый мальчик с отросшей стрижкой "под горшок", продолжал лукаво смотреть на Пашу и смотрел так долго, что тот заёрзал на своём табурете.
- Ну чего? - наконец, спросил он. - Выкладывай.
- Подожди-подожди, - сказал Вася и вздохнул, как барышня, по традиции томящаяся в башне. - Это очень торжественный момент. Позволь мне им насладиться.
Прошло ещё десять секунд. Голоса на кухне стали громче. Мама и бабушка. Последняя говорит, что папе пора бы вспомнить, что у него семья, но как он может об этом забыть, думал Паша, если он горбатится на эту семью с утра до вечера, если он...
- Инициация, - Вася подался вперёд, вцепившись пальцами в край журнального столика. - Ты наблюдателен, я знаю. Тебя все считают рассеянным тихоней, но это не значит, что твоя голова не вращается на триста шестьдесят градусов. Но слышал ты, например, об этом? Видел ли?
Он схватил с полки книгу, как показалось Паше, первую попавшуюся - это был решебник по математике за шестой класс, - открыл её на середине и со смачным треском вырвал страницу. Паша ничего не сказал. Решебник всё равно был прошлогодним.
Вася торжественно протянул ему вырванную страницу, и Паша обнаружил, что она пуста с обеих сторон. В остальном это была всё та же обыкновенная дешёвая желтоватая бумага. Книжица упала на пол, мягко стукнувшись о ковёр, закрылась. Вася подтолкнул её ногой к другу.
- Взгляни, - предложил он.
Вася поднял книжку, пролистал страницы. Пусто. Нет... не совсем. Карандашные пометки остались. В уголке одной из страниц была нарисована рожица Шреддера, заклятого врага черепашек-ниндзя.
- Да, я волшебник! - воскликнул Вася, когда мальчик поднял на него глаза. - Шучу, совсем нет. А теперь нам лучше валить отсюдова. Скажи, что идём гулять. И постарайся ничем не выдать своего удивления, если что-то покажется тебе не таким, как всегда.
В коридоре звучали шаги. Васька схватил за руку приятеля, подтащил к двери, распахнул её.
- Бабушка, мы... - начал Паша.
В полутёмном коридоре никого не было. Никого... человеческого роста. Паша опустил глаза и бухнулся бы на колени, если бы Васька не подхватил его под руки, хохочущий и готовый ко всему.
- Это же Арни! - сказал Паша, почему-то шёпотом. - Арни, так ты не умер? Когда ты вернулся?