Невидимая сила отбросила охотницу в сторону, фонарь выскочил из рук и со звоном разбился о стену. Груды мусора, словно топь, засасывали девушку, не давая подняться. Лиля увидела, как лопнули последние нити, сдерживавшие аддикта.
Глаза монстра расширились, налились кровью, из-под верхней губы показались желтые клыки. То, что еще недавно было Димой Царевым, приподнялось, освещенное призрачным синим светом, и с хрустом расправило костлявое тело. Существо нацелилось на охотника, зарычало, обнажило острые зубы и бросилось вперед.
Борис отскочил в сторону, и монстр проломил головой балконную дверь. Существо истошно завопило, зацарапало стекло и раму, пытаясь выбраться.
Охотник подбежал к Лиле, схватил за ворот куртки и рывком поставил на ноги. В руках мужчины блестел служебный пистолет.
– Вставай! Это уже мори.
Голос напарника вывел охотницу из ступора. Она расстегнула куртку, но вместо оружия достала из внутреннего кармана мел.
Существо раскрошило стекло, сорвало раму с петель и швырнуло остатки двери в стену. Осколки не оставили на задубевшей коже даже пореза, но черные пятна на лице заблестели: кожа лопалась на деформированном черепе. Одежда висела на худом теле. Удлиненные пальцы покрылись роговыми наростами, как когти хищной птицы. Мори тяжело дышал.
– По… помоги, – неразборчиво просипело существо, рот растянулся в гротескной улыбке и не закрывался из-за непомерно больших клыков. Но Лиля смотрела только в глаза. Такие же испуганные.
Борис прицелился.
– Он еще человек, – испуганно прошептала Лиля. – Не убивай, прошу!
Охотник смотрел на монстра, пытаясь вникнуть, что имеет в виду напарница. Мори медленно раскачивался – безумие боролось с первобытным страхом перед оружием. Слюна заливала подбородок. Взгляд упал на Лилю.
– Еда…
Голод победил. Мори, хрипя, бросился на охотницу, занес когтистую лапу и тут же отлетел в сторону – монстра припечатало к ближайшей стене, на груди проявился знак охотника. Борис вытянул вперед руку и сосредоточился на мори.
– Цветкова, давай! – скомандовал мужчина, но, вместо того чтобы прикончить тварь, напарница кинулась по осыпающимся грудам хлама к стене и принялась что-то чертить.
– Спятила! Что я сказал?!
– Он не нападал, пока ты не напугал его! Он был нормальным и реагировал.
– Собралась лечить труп? Дурочка, он уже трансформировался!
– Боря, прошу! Он человек! Поверь мне!
Борис нахмурился, но спорить не стал и перевел взгляд на существо. Даже прижатый к стене, мори продолжал сопротивляться и всеми силами тянулся к девушке. Охотник держал крепко, хотя рука дрожала и на лбу выступили крупные капли пота. Такой знак использовали, чтобы отбросить, в крайнем случае раздавить, но не удерживать.
Лиля рисовала целительный круг, проговаривая каждый символ. Как же их много, как же долго! Охотница бросила испуганный взгляд на напарника – устал. Знак вытягивал очень много сил. Успеет? Должна успеть! Ну же! Лиля наспех дочертила круг и закинула мел в карман.
– Все получится. Получится…
Охотница зажмурилась.
Существо несколько раз дернулось и застыло. Символы загорелись тусклым фосфорным светом. Глаза мори закатились, голова упала на грудь.
В комнате наступила тишина, даже жужжание кулера стихло, потускнел экран. Будто время застыло.
Охотница тяжело задышала, испарина покрыла побледневшее лицо, пряди волос прилипли ко лбу.
Мори несколько раз вздрогнул.
Лилия, морщась от боли, сжимала кулаки.
Монстр раскрыл пасть в немом крике.
Вибрации становились сильнее и сильнее, пока охотницу не отбросило, как от удара током.
Борис отшвырнул существо и рухнул на колени, тяжело дыша.
Все кончилось.
Невидимый кокон, отделявший квартиру от остального мира, лопнул – с улицы послышался шум ветра, гул машин, тихое жужжание компьютера. Охотник сжимал пистолет и не сводил взгляда с кучи мусора, которая погребла под собой существо. Если монстр зашевелится, то охотник успеет сделать выстрел. Секунда, две, три… Движения не было.
Выдохнув, мужчина поспешил к напарнице.
– Цветкова?
Девушка бормотала что-то бессвязное. Из носа шла кровь, заливая подбородок и одежду:
– Темно, очень холодно. И голод, еда, нужна еда…
– Цветкова! Лиля! – Борис поднял девушку и встряхнул, приводя в чувство. Охотница испуганно уставилась в потолок.
– Я в норме… Ой, – Лиля коснулась носа и с удивлением посмотрела на руку. – Почти…
– Голова не кружится? Посиди, я все проверю.
Борис поднялся и подошел к развалу, где на коробках от пиццы лежал бледный мужчина. Обычная кожа, на руках не когти, а отросшие грязные ногти. Темные волосы закрывали лицо – обычное, человеческое. Его аура все еще едва теплилась, но уже бледными тонами. Охотник проверил пульс – парень был без сознания. Аддикция развивалась как минимум несколько месяцев.
Мужчина покосился на напарницу, с трудом веря, что она вытащила парня с того света. Быстрее всего проверить, как прошло исцеление, на круге, но Серебров понимал, что при всем желании не сможет сейчас зафиксировать аддикта на стене. Хорошо, есть другой способ.
Охотник резко встряхнул мужчину и похлопал по щекам.
– Имя! – потребовал Борис. – Как тебя зовут?
